Читаем Мой личный врач полностью

– Обитая в доме в окружении женщин, со временем начинаешь понимать, что живешь в стеклянной банке, как какой-то подопытный лягушонок, и все тебя с любопытством разглядывают… Но я вам отвечу… Мы дружили втроем с юности. Они обе были милые девочки. И по человеческим качествам мне даже больше нравилась Агнешка… В ней было что-то очень цельное… Но она не обращала на меня внимания… Не подумайте, что я по этому поводу переживал. Я отдавал себе отчет, что внешне я малопривлекателен – невысокий, носатый, прыщавый вьюноша, но это не мешало мне быть абсолютно уверенным в себе: я знал, что у меня есть другие достоинства… То есть, поверьте, никаких комплексов у меня не было. Мне сулили блестящую карьеру в науке. К тому же я занимался спортом, был кандидатом в мастера по классической борьбе, по биатлону и мастером спорта по шахматам. Естественно, что у меня были романы, особенно если учесть, что я еще застал достославную эпоху студотрядов, но никаких матримониальных планов я во время учебы в институте не строил, и холодность ко мне Агнешки меня попросту забавляла. Но Маше, я, по-видимому, сильно нравился, потому что она с удовольствием проводила со мной время, и мы часто с ней вдвоем ездили в Москву в театры и на концерты. Она – веселая, очаровательная, чуть-чуть кокетливая (в отличие от буки Агнешки), была примой школьного поэтического театра, который организовала моя маменька, потрясающе читала стихи и пользовалась большим успехом не только у своих сверстников, но и у моих. Кроме того, она была девочкой из хорошей семьи: ее отец работал главным конструктором на крупном закрытом заводе и дружил с моим дедом. Так получилось, что мы постепенно с ней поняли, что вдвоем нам лучше, чем порознь. И мы решили пожениться, правда, время для этого выбрали не самое удачное: когда до науки никому дела не было. Мы жили вначале трудно, но Машуля никогда ни на что не жаловалась, никаких материальных благ от меня не требовала и своей жизнерадостностью, оптимизмом и добродушием помогала мне двигаться вперед. Что меня радовало в ней, так это то, что, когда я со временем, занявшись бизнесом, стал зарабатывать очень большие деньги, она не изменилась и оставалась такой, какой всегда была, – веселой, доброжелательной, смешливой… Иногда я ее называл «мой веселый чижик»… Но, к сожалению, ее здоровье было подорвано неудачной операцией… После чего через определенное время в моей жизни появилась Галя…

Антон Зиновьевич вдруг резко поднял голову, посмотрел мне прямо в глаза и спросил:

– Лиза, скажите честно, вы в данный момент не используете свои паранормальные способности? А то я как-то уж слишком с вами откровенничаю, что мне не свойственно…

– Нет, не использую. Я этими вещами, вообще, позволяю себе пользоваться лишь в экстраординарных ситуациях. – И с этими словами я встала со скамейки. – Если вы не возражаете, я пойду, мне еще нужно позвонить сестре.

– Ну вот, а я думал, что мы с вами посидим, по-дружески поболтаем…

– К сожалению, не могу…

«Черт, – подумала я про себя, удаляясь в сторону вольера с кавказцами, – а ведь в него действительно можно влюбиться: он, безусловно, умен, интеллигентен, и у него есть харизма, так что его некрасивость перестаешь замечать на второй минуте общения, и ее можно расценивать в качестве горькой приправы к его неординарной личности».