Читаем Мой брат якудза полностью

Сэнсэй, вы к нам хорошо относились. Когда вы пришли ко мне в гостиницу «Вашингтон», вы искали людей, а не клоунов и не бесов. Вы хорошо относились ко мне и к моей дочери. Вы воспринимали нас как нормальных людей. И это замечательно. Вы были своим человеком в моем доме и во многом помогли Мицуко, сами того не осознавая. Я никогда не говорил вам, что писать о нас, как писать, с кем встречаться, у кого брать интервью, а у кого не брать. Я никогда не скрывал от вас наши темные стороны. Не знаю, что будет дальше с Японией, что будет с моей родной Кореей, которая растерзана и разорвана, что будет с якудза и кем я буду рожден в следующей жизни. Может, христианским священником? Вообще-то, мне не так это и важно. Если мне будет дан выбор, я выберу тот же путь. У меня была полная, насыщенная жизнь, в которой я побывал во всех передрягах. Во мне нет раскаяния. Разве многие могут такое сказать о себе? Напишите об этом. О том, что я не раскаиваюсь. Напишите, что я прожил эту жизнь на все сто.

Вы знаете, что сейчас происходит с новым законом? Я дал указания заморозить некоторые виды деятельности на какое-то время. Некоторым людям я приказал уйти в подполье. Нам стало тяжелее зарабатывать. Война за территории стала тяжелой и более жестокой, китайские и тайваньские банды отбирают у нас куш. У них нет уважения к традициям, как у нас, наши ценности не интересуют их.

Я подозреваю, что скоро разразится общая война. Это будет война за выживание любой ценой. Война с соперничающими семьями и с китайскими бандами. Может быть, в будущем мы сможем сотрудничать с ними. Это новый мир, сэнсэй. И в этом новом мире человек, которого вы ищете, играет достаточно важную роль.

Мы узнавали о вашем Юки. Катаяма, с которым вы встречались на Хоккайдо, Тецуя и другие люди помогали нам собирать информацию по Японии и по всей Юго-Восточной Азии. У меня есть предположение, где он. Он сделал вещи, за которые посылают красную карточку. Красная карточка медленно умерщвляет человека, вы ведь знаете. Только на днях мне стало известно, что этот человек, судя по всему, на Филиппинах. Он тщательно замаскирован. Он с такой скоростью менял удостоверения личности, что даже мы не смогли за ним уследить. В последнее время он, судя по всему, вершил большие дела с людьми из китайской «Змеиной головы», которые работали с нами еще два года назад. Но на данный момент «Змеиная голова» являются нашим врагом и в Японии, и в Таиланде, и на Гавайях, и на Филиппинах. Мы понесли огромные потери. Из-за них надо заново улаживать наши дела на юго-востоке Азии. Были войны и жертвы с обеих сторон. Может быть, Юки не знает об этом, хотя мне трудно в это поверить. Я надеюсь, он не знал, что сейчас «Змеиная голова» — наш враг.

Сэнсэй, новый закон о преступных группировках изменит лицо якудза. Это будет мир жестоких людей, которые не будут считаться ни с чем, людей, уходящих в подполье. Новый, жестокий мир, мир без ценностей. И я обеспокоен этим. Мне сейчас тяжело представить, как все это будет происходить. Новый мир будет другим, и необходимо подготовиться к его наступлению. Подготовка требует смелых, дальновидных и современных руководителей. Я не знаю, есть ли у нас такие. Необходимо будет четко обозначить наших врагов и союзников. И нам будут нужны руководители нового типа. Может быть, ваш человек — это именно то, что нам нужно. Говорят, что Юки — человек решительный и что однажды он смог бы прославиться. Жаль, очень жаль, если он не в состоянии трезво рассуждать.

Я приказал пока не трогать его. Я надеюсь, что и Ямада-гуми не тронут его. Я знаю, что они преследуют его, наряду с японской полицией. Но я приказал не трогать его. За всю историю якудза было только три случая, когда после красной карточки объявили амнистию. Я готов дать ему амнистию, но при одном условии. Вы его найдете и передадите ему сообщение в письменной форме от одного из моих сыновей, в котором будут изложены необходимые условия для амнистии. Он должен кое-что сделать, чтобы вернуться в семью.

— Окава-сан, я не видел этого человека много лет. Как я его найду? И даже если я найду его, зачем ему принимать что-то от меня? Почему вы просите меня о чем-то, что сами, скорее всего, не в силах сделать? Кто сказал, что он узнает меня или согласится встретиться со мной? Может быть, он изменился. Может быть, он и не помнит о нашем братстве. Может быть, девять лет назад это была всего лишь подростковая игра для него.

— Сэнсэй, простите меня за нетерпеливость. Я, может быть, доживаю свои последние минуты. Если этот ваш человек чего-нибудь стоит, то он почтит вашу церемонию сакадзуки. В нашем мире вы — братья, и от этого нельзя отказаться. Может быть, из-за церемонии, а может, из-за того, что вы — гайдзин, но он примет послание от вас. Я не знаю. Наших людей он может оскорбить, потому что человек он непредсказуемый. Не беспокойтесь, вас будут охранять. А вы передайте ему письмо, там все будет написано. И он сделает то, что там написано. А если нет, это уже будет его проблема. Вам ясно?