Читаем Мое простое счастье полностью

По той же причине я сидела за кухонным столом и делала вид, будто работаю, – ради Джордан, чтобы она поменьше обо мне волновалась. К тому же я была бы не против, если бы она рассказала Нику о том, в каком состоянии меня нашла.

Ведь Джордан – сестра Ника.

Мы с ним познакомились на нашем с Джордан выпускном. Ник утверждал, будто влюбился в меня в тот же день, но я в этом сомневаюсь. Во-первых, встречаться мы начали только через несколько лет. А во-вторых, студенческий берет и мантия еще никого особо не красили.

Джордан остановилась на пороге кухни, уперев руки в бедра, и окинула меня критическим взглядом.

– Что же, – констатировала она, – во всем есть свои плюсы. Ты похудела фунтов на шесть, а может, и больше…

Я подошла и обняла подругу, крепко обвив ее шею руками, а Саша прижалась к моим ногам. Джордан плакала – плакала сильнее меня, а ведь обычно она чувствительностью не отличается. Правда, о каждой моей статье Джордан писала письмо редактору, поэтому я верила, что в глубине души она человек чуткий и нежный. И все же за неполных пятнадцать лет нашей дружбы я видела ее слезы ровно два раза, и это был второй из них.

– Итак, – сказала Джордан, отстраняясь и вытирая глаза. – Я зашла в веганский ресторан в Пасифик-Палисейдс и купила того отвратительного салата из капусты кале, который тебе так нравится.

– Правда?

– Да. Пахнет там почему-то индейкой. В общем, я купила целый фунт этого безобразия и еще канистру твоего любимого кофе. Первым делом мы сядем за стол, и ты поешь.

Это был скорее приказ, чем предложение.

– Хорошо, – согласилась я.

– И прямо сейчас, а то капуста станет еще холоднее и жестче. Это первый пункт нашей программы.

– А второй?

– Увидишь.

* * *

Когда мы все устроились за столом, Саша тут же уткнулась носом в раскраску про Чудо-женщину. Мы с Джордан сели рядом, и она поставила между нами салат. В окна ярко светило солнце, и в его свете капуста кале напоминала криптонит – радиоактивный кристалл с планеты Супермена.

Пока я наливала себе кофе, Джордан осторожно взяла кусочек капусты, обнюхала и положила обратно.

– В общем, я покорно ждала, пока ты позвонишь, – заговорила она. – Но завтра я улетаю по делам в Италию, так что дольше ждать не могу.

Я отхлебнула кофе и задумалась, как же ей объяснить.

– Я не хотела, чтобы ты оказалась между двух огней.

– Между двух огней? – Джордан наклонилась ко мне, чтобы встретиться со мной взглядом. – Каких еще огней? К твоему сведению, я ненавижу брата за то, что он сделал.

– К твоему сведению, прямо сейчас я тоже от него не в восторге.

– Он определенно спятил. Бросить тебя, и ради кого? Ради этой Перл?!

Перл. Оказывается, у нее есть имя. И это имя – Перл.

Джордан откинулась на спинку стула и покачала головой:

– Она мне не нравилась, даже когда мы были знакомы. Мы в детстве жили на одной улице. Ник тебе говорил?

– Не напрямую. – Я немного помолчала. Мне не хотелось спрашивать, но и не спросить я тоже не могла. – Что она собой представляла?

– Сто лет тому назад? Главный чирлидер. Королева бала на встрече выпускников. Ходячий кошмар любой девчонки, у которой не успела вырасти грудь.

– Замечательно.

– Ну и что? – с отвращением сказала Джордан. – А еще она командирша почище меня! И вообще, что это за имя такое – Перл? Ты знаешь кого-нибудь с таким именем? Девяностолетние старушки не в счет.

– Кажется, в кофейне «Люкс» работает бариста по имени Перл, а ей где-то двадцать с хвостиком… ну, максимум тридцать…

Джордан подняла руку, чтобы меня прервать:

– Суть в том, что Ник – полный придурок, если думает, будто я стану это терпеть. Он спросил, не хочу ли я поужинать с ними в следующее воскресенье, и я ответила: «Отлично! В мире, где “отлично” значит “худшее приглашение в моей жизни”».

Я рассмеялась. Саша подняла голову и с улыбкой посмотрела на меня. Улыбалась она точно так же, как Джордан, – тот же изгиб нижней губы, тот же легкий смешок. Странно, учитывая, что на самом деле Джордан приходится ей мачехой. Хотя, с другой стороны, ничего странного тут нет, ведь она любит Сашу, как родную дочь. Когда я видела слезы подруги в первый раз, она плакала потому, что Саймон повез Сашу в гости к своим родителям на остров Мартас-Виньярд, а ей пришлось остаться дома по работе. Больше Джордан не расставалась с Сашей никогда.

– Вывод? Будь моя воля, я бы дала этому с-у-к-и-н-у сыну ровно пять минут на то, чтобы о-д-у-м-а-т-ь-с-я.

Я посмотрела на Сашу, которая снова занялась раскраской.

– А зачем ты произносишь по буквам слово «одуматься»?

– Сама не знаю, – вздохнула Джордан. – Увлеклась.

Я сжала ее руку.

– Меня все это просто бесит, – снова заговорила она. – И поверь, я его не защищаю. Но сегодня, когда от любого человека на земле тебя отделяет всего пара кликов, верность заключается не только в том, чтобы не увлечься кем-то новым, но и в том, чтобы не найти на «Фейсбуке» бывшую пассию и не начать рыдать: «Ой-ой-ой, мы созданы друг для друга»… Понимаешь, о чем я?

– Не особо, – призналась я.