Читаем Модели культуры полностью

Оттого жрецов верховного совета не беспокоят. Они руководят главными событиями ритуального календаря. Успешному осуществлению их планов в любой момент может помешать не желающий сотрудничать жрец низшего ранга. Ему достаточно просто нахмуриться и отказаться, например, установить свой алтарь или одолжить свою маску жреца качина. Совету жрецов останется только ждать и отложить обряд. Но все охотно идут на сотрудничество, и никакой показательной власти не требуется.

Это отсутствие проявления личной власти характерно как для религиозной, так и для домашней жизни. Матрилинейная и матрилокальная семья требует, безусловно, иного распределения власти, чем то, к которому привыкли мы. Но и матрилинейные общества редко обходятся без мужчины, в чьих руках сосредоточена власть в семье, даже если это не отец. В матрилинейной семье главным мужчиной, судьей и ответственным лицом является брат матери. Но зуни не признают никакой власти за братом матери, и уж тем более за отцом. Ни тот, ни другой не воспитывает детей своего дома. Мужчины часто ласковы с детьми. Они носят их на руках, когда те болеют, и держат их на коленях по вечерам. Но они не воспитывают их. Как и в религии, добродетель, заключенная в сотрудничестве, помогает течь домашней жизни своим чередом, и никаких ситуаций, требующих решительных действий, не возникает. Да и какие это могут быть ситуации? В других культурах, практически повсеместно, брак есть случай исполнения кем-то определенной власти. Но пуэбло заключают брак без особых формальностей. По всему миру брак включает в себя права собственности и экономический обмен, и во всех этих случаях особыми правами обладают старшие. Однако у зуни брак не несет в себе никаких выгод, которые были бы интересны старшему поколению. Слабое внимание индейцев пуэбло к собственности упрощает не только столь сложный институт брака, но и многое другое, что в других культурных формах предполагает привлечение в пользу юноши общественной собственности. Зуни подобные случаи просто игнорируют.

Все свидетельствует против того, что ребенок может страдать эдиповым комплексом. Малиновский отметил, что устройство общества тробрианцев наделяет дядю властью, которую в нашей культуре мы привыкли связывать с отцом. У зуни даже дядя не наделен этой властью. Обстоятельства, при которых проявление этой власти могло бы потребоваться, не допускаются. Ребенок растет, не испытывая чувства несправедливости и не погружаясь в грезы о том, чтобы когда-нибудь самому обрести власть, а они уходят корнями именно в это привычное для нас положение дел. Когда ребенок сам становится взрослым, у него нет повода помыслить о ситуациях, в которых подобная власть могла бы потребоваться.

Поэтому обряды посвящения у зуни – странное мероприятие, странное по сравнению с теми практиками, что неизменно встречаются по всему миру. Ведь часто посвящение мальчиков есть ничем не сдерживаемое исполнение своих полномочий власть имущими. Это издевательство тех, у кого есть власть, над теми, за кем теперь должны признать новое положение в племени. Такие обряды почти в одном и том же виде встречаются в Африке, Южной Америке и Австралии. В Южной Африке мальчиков сгоняют в стада, которые пасут мужчины с длинными палками, и используют они их свободно и по всякому поводу. Они должны пройти это испытание, со всех сторон их осыпают ударами, сзади также постоянно стоит ждать ударов, сопровождающихся смешками. В самое холодное время года они вынуждены спать голыми, без одеял, развернув к костру не ноги, а голову. Им нельзя мазаться землей, чтобы отогнать белых червей, кусающих их по ночам. С первыми рассветными лучами они должны встать и пойти к заводи, и стоять в холодной воде, пока не взойдет солнце. За три месяца, что длится процесс посвящения, они могут не выпить ни капли воды, их кормят отвратительной едой. Взамен их с видом напускной важности учат невразумительным заклинаниям и магическим словам.

В североамериканских племенах индейцев обрядам посвящения мальчиков уделяется не так много внимания, однако суть у них чаще всего та же. Апачи, у которых тесные связи с зуни, говорят, что обуздать мальчишку – все равно что обуздать жеребца. Их заставляют купаться в проруби, бегать, набрав в рот воды, их унижают во время их первой военной вылазки и всячески издеваются над ними. Индейцы юго-западной Калифорнии закапывают мальчишек в холмах с жалящими муравьями.