Читаем Мне — 75 полностью

И когда дети или взрослые с умственным развитием бунтующего подростка начинают высмеивать, скажем, старенького босоногого мужичка, что с кудрявой бородкой и в ночной сорочке сидит на облаке, то они сами придумывают себе глупость, чтобы с блеском с нею бороться и казаться хотя бы себе ну такими у-у-умными.

Или, скажем точнее, бороться с глупостью, придуманной умниками такого же убогого уровня чуть раньше.

Знаю и по себе, что чем старше человек, тем лучше он мог бы писать. Ну, это понятно, огромный жизненный опыт, понимание людей, философское осмысление, снисходительность, наконец-то смешное и ненужное раньше милосердие…

Однако здесь ключевое слово «мог бы». На самом же деле, как наблюдаем в реальности, писатели прекращают писать задолго до естественной смерти.

Это я все о том же: мало прожить сто лет, нужно прожить их ярко, интересно, а высшая ступень – творчески.

Потому, хотя и добиваюсь, чтобы мы жили как можно дольше, но еще важнее, чтобы жили в ясном уме и сознании, а не в инвалидных колясках маразматиками, когда за нами ухаживают по два-три человека, улыбаясь нам и тихо ненавидя: когда же эта рухлядь сдохнет и освободит квартиру…

У нас удобный возраст еще и в том, что если нет желания идти на встречу, в гости, мероприятие или вообще куда-то, то всегда можно сослаться на недомогание, нездоровье, хрен проверишь, а усомниться – неприлично.

Я вообще ссылаюсь на старческую немощь, тут уже все сочувствующе вздыхают, ну да, семьдесят лет – это уже с палочкой и держась за стенку. Хорошо, хоть не на коляске.

Но для себя и своих мы должны держаться гвардейцами, сверкать белозубыми улыбками, демонстрировать жизнерадостность и желание продолжать приносить пользу обществу.

Почему мы, я имею в виду людей моего возраста, не любим ходить к врачам?.. Хотя именно нам это сейчас нужнее, чем когда нам было по тридцать-сорок лет?

Ну вот представьте себе, захожу я в кабинет в врачу, тот спрашивает, что меня беспокоит или на что жалуюсь, и, что бы я ни сказал, он стандартно: ну что вы хотите, возраст…

И посмотрит с некоторым удивлением, дескать, чего приперся, ты и так зажился, у нас в стране средняя продолжительность жизни шестьдесят один год, так что ликуй, что вообще живешь после этой красной черты, тебе и так повезло, а ты еще и лечиться вздумал!

И чувствуешь себя так, словно у голодного или даже умирающего отнимаешь кусок хлеба, хотя вроде бы пришел в платную, ни у кого ничего не перехватываешь, никого локтями не отталкиваешь.

Нет уж, будем множить число самолекарей, что выискивают по Инету способы лечения. И никакие призывы, что самолечение принесет только вред, не помогут.

Сперва перестройте мозги врачам, которых у нас в стране почему-то называют докторами.

Строим коттедж. Мы с Лилей вкалываем по 16 часов без выходных и праздников, а молодые ребята, что делают простейшую работу, ну там строят забор или собирают привезенную с фабрики мебель, делают все в таком замедленном темпе, словно мухи на осеннем морозце, с такими затяжными перерывами на неизбежные частые перекуры, что я прекрасно понимаю: эти никогда не станут ни богатыми, ни успешными, ни даже здоровыми.

Да-да, тот, кто вот так бережет себя, страшась сделать лишнее усилие, никогда не станет ни здоровым, ни долгоживущим. Для этого тоже нужны немалые усилия, а все это вырабатывается за предыдущую жизнь, потому что если в молодости не научился работать каторжно, то режим щажения не спасет.

Или вот они работают: один что-то лениво делает, а все остальные, сколько бы их ни было, стоят, опершись на лопаты, и смотрят. Берегут себя. Не переработаться бы!.. А то вдруг сделают чуть больше, чем можно по минимуму.

Именно так: сделать по минимуму, получить по максимуму. Или, как вот за положенное жалованье сделать минимум работы.

Блин, но все-таки, несмотря на наше православие с его отношением к труду, и у нас находятся люди, что работают так, словно с молоком матери впитали азы протестантской трудовой этики!.. И это было даже в условиях железного занавеса, когда никакой информации из-за кордона не поступало, а до века компьютеров и Интернета было еще далеко.

А сейчас их, к счастью, все больше. Жаль только, что все равно единицы, и потому Россия закономерно останется в группе самых бедных стран в Европе, а самые бедные там именно православные с их отношением к труду: Греция, Болгария, Украина, Белоруссия, Молдавия, Россия…

Кстати, из десяти самых богатых стран Европы девять – протестантские.

С каждым годом нас все труднее заставить себя сделать… к примеру, какие-то физические упражнения. Да-да, помню, это было трудно всегда, как в двадцать лет, так и в тридцать, и в сорок, однако есть существенная и, можно сказать, жизненная разница.

Тогда гантелями нужно было помахать для того, чтобы добавить еще сантиметр на бицепс или чуточку взбугрить грудь, а то какая-то недостаточно выпуклая, девушки не останавливают на ней взгляд.