Читаем Мне — 75 полностью

Только переход к мясоедству дал те дополнительные калории, что позволили ускоренно развивать мозг, а его развитие обеспечило доминантность на планете, дало толчок прогрессу и позволило строить цивилизацию.

Возможно, не нуждайся я постоянно в средствах, я писал бы намного меньше. То есть столько, сколько разрешает туповатая и консервативная масса читающего общества: не больше одной книги в три года (период Советской власти), не больше книги в год (лихие девяностые), не больше двух (начало нулевых), не больше трех (начало понимания, что капитализм все-таки наступил)… но я писал по шесть-восемь, за что получал град камней уже за то, что «пишет много», этого было достаточно, чтобы качество даже не принимать во внимание, дескать, раз много, то плохо.

Но я все еще остро нуждаюсь в средствах, работаю каторжно много… хотя разве не так должен вообще-то работать человек, чтобы в самом деле стать царем природы и вселенной?

Правда, как вы уже знаете, мозг после пятидесяти лет уменьшается в размерах, человек постепенно опускается до уровня бабуина.

Но не все так пессимистично. Опять же ссылаюсь на свой пример не хвастовства ради, а просто напоминаю: если я смог, сможете и вы.

В мои пятьдесят лет, когда мозг был на высшей точке развития, я писал по две-три книги, что тогда было рекордом, и все тупые в Инете кричали, что писать столько невозможно, за Никитина негры пишут. Да что там негры, бригады негров!

Так было до шестидесяти, когда я вместо того, чтобы уйти на покой, мозг-то уменьшился!.. начал выдавать по четыре-пять книг в год.

Когда мне исполнилось семьдесят лет, мозг уже совсем с яблочко, я выдавал по шесть-семь романов в год, что постоянно росли в тиражах, и продолжаю эти шесть-семь романов – обычно даже больше! – до сегодняшнего дня.

Здесь, увы, придется сделать одно небольшое признание, которое вообще-то многие ждут давно. Самые дотошные могут пошарить по Инету и поднять победный крик, что Никитин заврался, у него каждый год выходит всего по одному-два романа!

Ладно, самые въедливые, что не расстаются с анализаторами текста и прочими штуками, уже сообразили, что наиболее популярный автор в фантастике, Гай Юлий Орловский, это все-таки Никитин, пожелавший однажды доказать, что примут и рукопись неизвестного автора, если написана грамотно и увлекательно.

И они же, в отличие от толпы невежественных подростков, убедительно доказали, что пишет один человек. Никаких негров, понятно, не было и близко.

Вот данные по ФантЛабу:

2012 год: Никитин – два романа: «Лоенгрин» и «Тангейзер»

Орловский: Ричард Длинные Руки – семь романов.

В итоге – девять.

То же самое и за прошлый год: у Никитина – «Насты», у Орловского – семь романов, перечислять не буду, из милосердия не стану использовать фатале морталити.

В этом, 2014-м, уже вышли книги «Аллуэтта», «Мне – 75», плюс окончательный вариант «Как стать писателем в наше время», исправленный в соответствии с изменившимися реалиями, очень дополненный и с примерами, еще под ником Орловского – три романа. Это за первую половину года!

Неплохой результат для человека, у которого, если верить науке, с пятидесяти лет постоянно и стремительно ссыхается мозг и затихает когнитивная деятельность!

Вообще-то не рискнул бы написать эту фразу, книги книгам рознь, кто-то с удовольствием заявит, что автор все равно стал писать хуже, однако есть и в книжном мире объективный показатель: читательский интерес. Тиражи Орловского который год бьют все рекорды!

Кстати, признание в авторстве «Ричарда» нисколько не вынужденное, как сразу же скажут те самые некоторые. Как и планировал, это было заметно многим, довел путешествие сэра Ричарда до логического конца, где титулы кончились, хотя продолжение возможно, и закончил победно на пятидесятом томе! Опять же рекорд. И не один. Скромно полагаю, что установил сразу несколько мировых рекордов.

В том числе и для Книги Гиннесса. Могу процитировать оттуда, но, думаю, вы сами захотите поймать меня на брехне, посмотрите и убедитесь, что предыдущий рекорд почти вполовину меньше. У Орловского же вышло пятьдесят томов. Это роман о жизненном пути человека, который от оруженосца сумел пройти по всем ступеням титулов и должностей, пока не добрался до императорской власти.

Говорят, романы Орловского читаются очень легко, видимо, имеется в виду, что «серьезные» романы читать тяжело. И что у Орловского только легкое чтиво.

Могу указать, если романы написаны очень немолодым человеком, повидавшим жизнь и умудренным жизненным опытом, как и неплохим литературным, то они не будут пустым чтивом. Как в том анекдоте: бороду можно сбрить, но умище и в легком романе куда денешь?

Потому утверждаю: на сегодняшний день я являюсь самым долгоживущим писателем в мире, который продолжает работать активно. Для особо тупых, что сразу же заспорят, поясняю еще раз: не считаю работой писателя мемуары, воспоминания, назидания и кулинарные книги. Их пишут все, начиная от отставных политиков и заканчивая домохозяйками, убиравшими нужник у президента. Эта вот книга тоже не считается, но это не последняя моя книга!