Читаем Мне — 65 полностью

Здесь квартиру в уже сданном доме в течение двух месяцев доводят до жилого состояния десять-двенадцать человек, не считая постоянно вызываемых специалистов, что собирают и устанавливают изделия своих фирм: шкафы, кухню, спутниковое телевидение, душевую кабину. Работяги, что выравнивали стены, настилали пол и клеили обои, сгоряча вызвались сами собрать все доставляемое: мол, возьмем дешевле, но куда неспециалисту: душевая кабина – это не бочка на трех столбах, там уйма функций, программируемых таймеров, плюс навороты вроде телефона, встроенной музыки.

В кухне к одной только плите прилагается толстый том с инструкцией, как пользоваться: десятки вариантов нагрева на каждую конфорку, начиная от простой разморозки до суперкипячения за доли секунды. Плюс программируемые функции защиты, как от детей, так и от дураков, кем все иногда бываем, начиная от захмелевших и заканчивая простой рассеянностью. Да и конфорки только нарисованы на сплошной панели, как и кнопки управления. Компьютеризированная кухня бдительно следит за хозяином и гостями, заботится, предупредит о рискованности иных пожеланий, для этого три уровня настойчивости, а в некоторых случаях просто не выполнит указание и скажет: иди-ка сперва проспись.


Если тот дом мы с дедом сделали вдвоем, в смысле, сделал дед, а я в основном подносил доски да подавал инструмент, то здесь в одной только квартире дизайнеров с высшим специальным образованием перебывало не счесть: дизайнеры по шторам, дизайнеры по размещению шкафчиков в ванной комнате, дизайнеры и специалисты по установке домашнего кинотеатра: чтобы все было и красиво, и работало с наибольшей отдачей. Отдельно приходил дизайнер по встроенной мебели и долго навязывал какие-то продвинутые проекты, пока я не озлился и не сказал грубо, что дом – машина для жилья, как сказал великий в мое время Корбюзье, в этой квартире жить мне, потому это она должна прогибаться под меня, а не я под нее.

Дизайнеры по остеклению рассчитывали новые изогнутые рамы, говорили на непонятном языке о трехкамерных стеклах, особых материалах, крепежных сплавах, а я смотрел, каким инструментом пользуются эти современные рабочие. Не обнаружил ни одного молотка, ни одного коловорота, у каждого в руках сложнейшие машинки, начиненные электроникой и телеизмерительными компонентами.

Дизайнеры по светотехнике вместо привычной лампочки под потолком ставят целых ряд встроенных в стену лампочек. Сейчас ведь не по лампочке в комнате, как в моей юности: в каждой комнате этих ламп по десятку, а то и более, двенадцать – в ванной и туалете, десять в прихожей, еще множество на балконах, в кладовке… Словом, в квартире – семьдесят штук. Я привык, что лампы можно включать и выключать, а эти, оказывается, можно, поворачивая колесико, очень плавно зажигать от едва заметного свечения, при котором и жук-светлячок покажется прожектором, до свечения студийного юпитера. Можно их зажигать по одиночке, можно – группами, можно создавать композиции света, тени и полутени. Плюс ко всему разврату еще и так называемый бимер: крохотный пультик в ладони, позволяющий все это проделывать, не отрывая зад от дивана.

Но и это уже старина: я не успел вовремя разглядеть новинку – вместо лампочек в потолок и стены впрессовываются светящиеся шнуры, которые потребляют в десятки раз меньше электричества, не дают тепла, а изменять степень освещенности можно вот таким же точно бимером. Зато какие световые композиции можно составлять этими шнурами!

На столе передо мной уже шесть пультов дистанционного управления: от телевизора, видеомага, по одному от трех ресиверов. А если рядом с ними положить еще и мобильник, то в спешке можешь вместо него ухватить бимер.

В старое пещерное время для того, чтобы выключить свет, к примеру, перед сном, нужно было встать, подойти к выключателю, нажать пальцем на кнопку, теперь же с крохотным пультиком в ладони включаю и выключаю свет по всей квартире, уменьшаю или увеличиваю яркость. Думаю, скоро эту функцию встроят в мобильник, чтобы уж все функции в одном.

Сравнимые по мощности компьютеры раньше стояли только в Министерстве обороны или в Институте Стратегических Решений, а теперь в каждом утюге, чайнике, соковыжималке, мясорубке, гриле, тостере, очистителе воды.


Мобильник для подключения к Интернету, но попутно прочел в мануале, что эта крохотная штучка, помещающаяся на середине ладони, еще и мощный цифровой фотоаппарат, факс, приемщик ESM, отправитель емэйлов, фонарик, диктофон и еще чертова куча функций, которые просто мне ни к чему, но все это есть, продвинутая технологическая цивилизация дает уйму возможностей вперед, с избытком, на вырост.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза