Читаем Млечный Путь, 2012 № 03 (3) полностью

— И, может, самое главное. Именно вы передадите этот опус Инквизиции, тем самым оказав ей великую услугу. Понтифик должным образом оценит ваши усилия…

— Спасибо, Карло, это действительно должно сработать!

И это сработало.

Если все так, то проясняется причина, приведшая Джордано Бруно на костер! Сколько перьев сломано историками, сколько изведено чернил, чтобы выяснить ее. А сколько было споров! Этот Карло тот еще прохиндей. Придумать такое. И главное, все правильно рассчитал. Живи он в наши времена, Берлускони наверняка взял бы его в свою команду! Кстати, а как его фамилия? Я заглянул в конец текста, но подписи не обнаружил. Все-таки не успел. Не надо было так затягивать предисловие, а еще лучше — представиться в начале.

Силы мои иссякли. Я понял, что не проживу без кофе и часа. Что ж, продолжу завтра. Мне осталось не так много: рассуждения Карло о том, что, хотя он и привел на костер Ноланца по злонамеренному навету, отставной монах, безусловно, такой конец заслуживал, а также некоторые подробности Большого взрыва — вы не поверите, но именно этот термин он употребил, правда, не в отношении сингулярности, а в связи с творившимся у него в голове.

Всю ночь меня мучил кошмар. Я в толпе зевак наблюдал за приготовлением костра, а потом вместе со всеми орал что-то радостное, заглушая стоны еретика, преданного огню. Но затем ни с того ни с сего обнаруживал, что мученик, привязанный к столбу, никто иной, как я сам! В этот момент я просыпался с криком, потом снова проваливался в сон, и все повторялось сызнова.

Я поднялся утром совершенно разбитым. Голова трещала, словно пара грецких орехов в умелых руках. Даже контрастный душ не помог. Ясно, что от этого дня не следует ждать ничего хорошего, и я даже не ответил на неизменное «Добрый день!» консьержки.

Предчувствие не обмануло меня. Когда я потребовал своего Лохмайера, служащий извинился и бесцветным голосом сообщил, что книга уже выдана. Я осмотрел зал. Кроме моего неизменного прелата в столь ранний час никого не было. Служащий, проследив мой взгляд, кивнул. Выбора у меня не было.

— Извините, — вкрадчиво сказал я. Прелат открыл один глаз, затем — второй. — Эта книга… Лохмайер. Я, кажется, забыл в ней вчера документ. Вы не позволите ее на секундочку…

— Да-да, пожалуйста. — Он взял со стола книгу и рассеянно протянул мне. После чего, не проявляя ни малейшего интереса ко мне, закрыл глаза.

Мне показалось, или он действительно следил за мной из-за неплотно сомкнутых век? Не сходя с места, я аккуратно пролистал книгу, хотя беглый взгляд на ее торец не оставлял надежды. Мне захотелось огреть прелата Лохмайером по голове, но вместо этого я, как мог вежливее, сказал:

— Ради всего святого, — уж не знаю, как я смог выговорить такое, — простите меня, вы не… вам не попадались такие желтые листки…

Прелат открыл оба глаза и уставился на меня невинным взглядом кота, сожравшего всю сметану.

— О, я даже не успел притронуться к книге… Что-нибудь ценное?

Книгу я успел положить на стол, а иначе… за себя не ручаюсь.

После некоторых колебаний — пусть я буду выглядеть последним идиотом — я задал прямой вопрос служителю. Это был тот же святой отец, что принял у меня книгу накануне. Конечно, никакого проку от моих вопросов не было. Служитель ничего не знал, хотя, видя мое состояние, очень хотел помочь и даже сделал вид, что тщательно перерывает все ящики своего письменного стола. Мне следовало вчера попросить скопировать мою находку, а теперь…

Теперь я владею тайной, которой не могу ни с кем поделиться: никаких доказательств у меня нет. Признайтесь, ведь и вы не верите мне?! Но не сомневайтесь, я переверну вверх ногами все архивы, но разыщу опус, который изготовил Карло, но… это уж после поездки в Бостон!

Лукас Т. ФОУЛИ

ПРИЗРАК СЕМЬИ

Перевод с английского: Татьяна Адаменко

Артур Редверс, рулевой в команде колледжа святой Магдалины, пригласил свою команду провести зимние каникулы и встретить Рождество в загородном доме его родителей в …шире.

У меня было крайне мало общего с денди, кутилой и любимцем дам Редверсом. Я думал, что получил свое приглашение по двум причинам: во-первых, я состоял в той же команде загребным; во-вторых, как автор недавно вышедшего сборника фольклора я мог рассказать хорошую, леденящую кровь историю в старинном духе, которая сама по себе является неотъемлемой частью Рождества.

Должен признаться, что этот злосчастный сборник с момента своего выхода питал остроумие всех моих соучеников, которые в меру своих возможностей то изображали за моим окном целый сводный оркестр привидений, то подкладывали чучело ведьмы в мою постель, то увешивали себя связками чеснока, изображая испуг, если я подходил слишком близко. Большинство из них искренне полагало, что автор такой книги и сам должен быть суеверен, словно деревенская старуха.