Спустить без вопросов подобное на своей территории Ахмад не мог, потому бегом бросился на улицу.

Китаец уже споро обдирал шкуру с овцы, напевая какую-то песенку.

– Что ты сделал? Что это было? – не заходя в разделочную, выпалил Ахмад от сетки.

– Не понял вопроса уважаемый, – вежливо ответил через плечо китаец (не отрываясь, впрочем, от работы).

– Почему овца себя вела, как будто опиумом опоенная?! – сформулировал вопрос поточнее Ахмад, прерывисто дыша от быстрого шага. – Что ты с ней сделал?!

– Приказал, – недоумённо пожал плечами китаец. – У меня искра по животным максимально прокачана. А по овцам – могу и в чемпионатах участвовать. Если бы было кому их проводить.

– А-а-а-а-а… – хлопнул себя по лбу Ахмад. – Мне чего-то такое даже в голову не пришло! Всё, работай.

Необъяснимое получило своё рациональное объяснение: видимо, Китай действительно очень богатая страна, если люди с максимальной искрой у них пасут овец (!).

На родине Ахмада это было бы немыслимо. Любая искра с уклоном в биологию автоматически давала своему обладателю право на государственную стипендию в любом университете мира, причём по специальности столь уважаемого на родине Ахмада врача.

А если ты можешь стать врачом (ещё и за государственные деньги!), то глупо тратить жизнь на овец.

Видимо в Китае с этим было иначе.

Глава 21

После полученных объяснений, Ахмад поднялся обратно к себе и, прикатив кресло к окну, продолжил наблюдать.

Пацан действительно знал дело.

Гораздо быстрее, чем Ахмад рассчитывал, полдесятка овец были забиты, разделаны. Шкуры были сложены в соответствующий угол; печень лежала в отдельно; мясо и субпродукты были рассортированы по соответствующим ёмкостям.

Ахмад глянул на часы: весьма неплохо. Парень, видимо, не врал, когда говорил о том, что может участвовать в чемпионатах. Если бы рестораны проводили такой по забою и разделке, этого китайца действительно не стыдно было бы выставить даже и от имени Сети Ахмада.

Ахмад спустился вниз и подошёл к сетке:

– Вопросов не имею. Меня всё устраивает. Вымыться можешь во-он там; деньги вот… Вопрос. Почему печень отложил отдельно?

– Не только печень, – пожал плечами парень. – Ещё сердце, лёгкие и почки; на қуырдақ[18] же? Или не надо было?..

Ахмад понял, что имелось ввиду, только потому, что и слово, и блюдо встречал ранее у таджиков.

– Мы не готовим такой пищи, – покачал головой Ахмад. – Мы вообще не употребляем внутренности в своих рецептах.

– Упс. Не знал, – удивился китаец. – Мои извинения.