Читаем Младший сын полностью

Во-вторых, у женской части четвёртого курса, соответственно, на данное действо была естественная монополия: они были единственными женскими особями в Корпусе, у кого «возраст сексуального согласия» был не в перспективе, а уже пройденным этапом (если не считать воспитательниц и некоторых женщин-преподавателей, но их считать не стоит, бр-р-р).

Разумеется, в жизни всё обрастало массой нюансов и деталей, но в целом схема выглядела именно так: парни четвёртого курса всех «строят»; а вертят ими, по большому счёту, девчонки четвёртого курса.

Периодически, с выпускницами за «пальму первенства» пробовали посостязаться не по годам развитые третьекурсницы, но на общую тенденцию (повторявшуюся регулярно с каждым выпуском и набором) это никак не влияло.

До прошлого года.

Когда к Ирме, тогда ещё учившейся на третьем курсе, не стал подбивать клинья один четверокурсник. Ирма была той самой не по годам развитой особью, которая успешно оспорила пальму первенства выпускниц, и на ухаживания парня годом старше ответила взаимностью.

Счастливо и трепетно парочка существовала ровно до выпуска парня, но Ирма за это время сумела завоевать непререкаемый авторитет среди ровесников (а попробуй его оспорь, если по её первому слову явится толпа старшаков, и отметелит любого).

Когда третий курс Ирмы стал четвёртым и самым главным в Корпусе, её вес, к удивлению воспитателей, ничуть не уменьшился: с парнями она ладила по инерции, а среди девочек не нашлось никого с формами хоть сколь-нибудь сравнимой рельефности.

Ещё на третьем курсе Ирме понравился один из кроликов, разводившихся в местном виварии для нужд медицинского отделения.

Силами кадетов четвёртого курса, означенный кроль приобрёл все привилегии Избранного: и кормили его, как на убой. И на опыты не трогали (в противном случае, четвёртый курс чётко предупредил остальных, что ждёт любого покусившегося. А преподавателям оно не надо – за биоматериалом в виварий всегда бегают кадеты).

Волей женского каприза и везения, означенный грызун пережил несколько трёхмесячных циклов (в течение которых «население» вивария обновлялось на все сто процентов, по крайней мере, кроличий сектор). Пережил выпуск четвёртого курса. Стал свидетелем перехода Ирмы с третьего курса на четвёртый и оброс славой её личного питомца.

Заматерев, Банни стал здорово отличаться от остальных «родственников» и размером, и гонором: будучи ощутимо старше и больше остальных кролей вивария, он в вольерах творил, что хотел.