Читаем Митридатовы войны полностью

«По словам Феофана, среди бумаг была найдена записка Рутилия, побуждающая царя к избиению римлян в Азии. Большинство писателей разумно считают это злостной выдумкой Феофана», – пишет Плутарх в жизнеописании Помпея. (Plut. Pomp. 37). Рутилий Руф – аристократ, консул 105 г. до н. э., в 98 г. правитель в римской Азии. Античные авторы рисуют его исключительно честным и неподкупным человеком, который решительно боролся против жестоких поборов и вымогательств, обрушившихся на провинцию. Вроде бы он даже собирался казнить римлян, разоряющих местное население. Рутилий Руф вызвал ненависть к себе чиновников и публиканов, и они обвинили именно его в вымогательстве и злоупотреблениях. Подкупленный римский суд принял сторону обвинителей Руфа. Возмущенный и обиженный римский аристократ удалился жить в провинцию. В ту саму Азию, которую он якобы разорял. Мог ли этот человек вступить в политический контакт с Митридатом и написать записку с советом перебить своих соотечественников в Азии? Ответ на первый вопрос прост: у нас нет никаких сведений, почему бы это не было возможно. Митридат активно сотрудничал со многими римскими политиками, заключал союзы, лоббировал свои интересы. Учитывая политический резонанс «дела Рутилия» и влияние последнего в Азии, агенты царя должны были попытаться вступить в контакт с Руфом. Между Римом и Митридатом в 92 г. до н. э. еще нет войны; почему бы Рутилию и не ответить на письма царя? Мог ли содержаться призыв перебить римлян в письме («записке») опального римлянина к Митридату? Против этого предположения Плутарх возражает, ссылаясь на незапятнанную репутацию Рутилия. Здесь начинается область предположений: может быть, Феофан все и выдумал. А может быть, Рутилий в своем письме допустил резкие обороты, которые царь, обдумав, решил использовать как политическую программу: вспомним, Рутилий призывал казнить преступников. А может быть, записка действительно была, и она содержала этот призыв. Так или иначе, Руф умер в 75 г. до н. э. в Смирне (в Азии). Причем в начале войны он перебрался в этот город из Митилены. Получается, ему не потребовалось спасаться на Родосе, как другим римлянам? Он спокойно жил в своем доме, убежденный в защите мирных жителей или (и?) покровительстве Митридата.

В 88 г. до н. э. изгнав римлян из Азии, Митридат перешел к реализации широкомасштабной социальной программы. На первом этапе он «простил городам государственные и частные долги и даровал свободу от податей на пять лет». Традиционно считается, что именно эта поддержка обеспечила царю успех на первом этапе войны.

В последние годы появились исследования, которые пытаются показать, что поддержка эллинами Митридата не была столь всеобщей, как казалось ранее. Так Е.А. Смыков утверждает, что триумфального шествия по Азии и островам Эгеиды у Митридата не получилось, и если он стал все-таки хозяином значительной части этого региона, то это потребовало от него довольно значительных военных усилий»[93]. Однако трудно принять эту точку зрения. Даже те источники, на которые пытается опереться автор, показывают, что в Азии были лишь отдельные очаги сопротивления Митридату: Ликия, Родос, Магнесия на Сипиле, Стратоникея. Зато городов, которые перешли на сторону Митридата, значительно больше, и среди них – Эфес, Митилена и Пергам (App. Mithr. 21).

Смыков пытается доказать, что «картина полного и в значительной степени добровольного перехода эллинских полисов под власть Митридата является в значительной степени искажающей действительность». Трудно отказаться от впечатления, что, утверждая, будто «эллины не пошли за “Новым Дионисом”, и, пожалуй, можно сказать, что в политическом смысле свою борьбу, длившуюся еще более 20 лет, Митридат проиграл уже в 87–86 гг. до н. э.[94], он оказывается заложником концепции непримиримого конфликта между интересами эллинов и азиатской по духу политикой Митридата.

Летом 88 г. до н. э. сенат и народное собрание объявили Митридату войну. Именно в этот момент[95] Митридат принял политическое решение, которое могло было сделать конфликт с Римом неразрешимым: «Всем сатрапам и начальникам городов послал тайный приказ: выждав тридцать дней, сразу всем напасть на находящихся у них римлян и италийцев, на них самих, на их жен и детей и отпущенников, которые будут италийского рода, и, убив их, бросить их без погребения, а все их имущество поделить с царем Митридатом. Он объявил и наказания тем, кто их будет хоронить или укрывать, и награды за донос тем, кто изобличит или убьет скрывающих; рабам за показание против господ – свободу, должникам по отношению к своим кредиторам – половину долга» (Арр. Mithr. 22).