Читаем Мистериум полностью

Собаки на «щенячьих фабриках» пребывали в отчаянии. С ними никто не играл, их никто не гладил. Они знали лишь жестокое обращение.

Кипп не выказал беспокойства. Он зевнул, закрыл глаза, будто собирался вздремнуть.

Похоже, наступало время, когда протоколы Мистериума позволят ему укусить Фрэнка Ненавистника.

22

Розе Леон нужно было выпить. Спиртное она употребляла нечасто, иногда позволяя себе бутылочку холодной «Короны». Но сегодня, когда она за один день превратилась из сиделки в миллионершу и опекуншу сверхсообразительного пса, ей требовалось нечто покрепче пива.

Дороти любила побаловать себя вечером одной-двумя порциями коктейля. В кабинете, под рабочим столом, у нее был холодильник и устройство для приготовления льда. В холодильнике среди прочего нашлась бутылка водки с ароматом лимона.

Роза отыскала бокал, накрошила туда льда и налила двойную порцию. Потом вернулась в вертящееся кресло и продолжила смотреть удивительные видео.

После памятного дня, когда Кипп показал, что понимает назначение часов, когда пес безошибочно подбегал ко всем предметам и местам, называемым Дороти, он целых две недели изображал туповатого щенка. Его беспокоила собственная поспешность. Нельзя было, едва появившись в доме Дороти, показывать свою истинную природу. Возможно, этого вообще не следовало делать.

В Мистериуме не существовало единого мнения насчет того, кому и когда следует показывать, кто ты есть на самом деле. Протоколы запрещали раскрываться перед людьми, от которых пахло ненавистью. Сообщать свою тайну позволялось лишь тем, кто пах добротой и любовью без малейшей примеси зависти или жадности.

Дороти, несомненно, обладала всеми необходимыми качествами, однако юный Кипп поспешил, устроив трюк с часами и всем остальным. По опыту членов Мистериума людей нужно было тщательно готовить к такому откровению. Лучше, если у самих людей возникнет подозрение (опять-таки не сразу), что их собака – нечто большее, чем просто собака.

Любовь к историям помешала Киппу сохранить свой секрет на несколько месяцев или даже лет. Дороти и ее муж Артур были заядлыми любителями чтения. Книги являлись главным украшением их дома, где убранство комнат определялось книжными стеллажами. Когда Дороти готовила еду или собирала большую картину из своих любимых пазлов, вместо музыки она слушала аудиокниги. Кипп не мог скрыть, что голос чтеца его зачаровывает. В какой бы позе он ни находился – сидя или лежа, – его глаза были неизменно устремлены на mp3-проигрыватель. Если звучала аудиокнига, он никогда не засыпал. Дороти украдкой наблюдала за ним и видела, как живо пес реагирует на неожиданные повороты сюжета. Некоторые эмоциональные сцены заставляли его тяжело дышать, скулить или, наоборот, ободряюще взвизгивать, что вполне соответствовало характеру повествования.

В один из декабрьских дней, готовя угощение к приближавшемуся Рождеству, Дороти слушала аудиозапись «Рождественской песни» Чарльза Диккенса. Чтец воспроизводил строфу «Последний из Духов», где Дух будущего Рождества переносит Скруджа в дом Крэтчита и показывает ему смерть Крошки Тима. Кипп ушел в дальний угол кухни и сел, глядя в угол и низко опустив голову. Дороти немного понаблюдала за ним, после чего остановила запись и спросила, не грустно ли ему. Кипп обернулся, посмотрел на нее и жалобно заскулил.

Слушая рассказ Дороти, Роза вспоминала, как сама была зачарована «Рождественской песнью». Она ничуть не сомневалась в правдивости слов покойной хозяйки. Дороти отличалась ясностью сознания и не была склонна ко лжи. Роза стала вспоминать свое общение с Киппом. Порой его поведение отличалось от поведения среднестатистической собаки. Иногда он соображал настолько быстро, что это даже немного пугало Розу. Интуиция подсказывала ей: странности Киппа граничат с чудом. Однако тяжелая жизнь научила ее не думать ни о какой магии в мире, а полагаться только на холодный рассудок.

Дороти продолжала рассказывать, улыбаясь во весь рот и покачивая головой: «И тогда я рассказала ему, что Дух будущего Рождества показывал Скруджу события, которые лишь могут произойти, но не обязательно произойдут. Я поставила проигрыватель на пол и уверила Киппа, что Крошка Тим не умрет, но окончание повести он услышит только в том случае, если перестанет притворяться обыкновенным псом.

Кипп подбежал к проигрывателю, встал над ним и пристально смотрел, отчаянно виляя хвостом. Я включила продолжение. Кипп прослушал всю запись, не шевельнувшись. Тем же вечером я набросала довольно примитивную схему лазерной указки с педальным управлением. Впоследствии я ее совершенствовала. Кипп мог высвечивать буквы алфавита и таким образом общаться со мной. Должна вам признаться, Роза, я чувствовала себя заколдованным ребенком или какой-нибудь малышкой из фильма Спилберга. И в то же время я задавала себе вопрос: не схожу ли я с ума? Старуха, у которой поехала крыша, отчего ей мерещится черт те что. Но если у меня и поехала крыша, то лишь в сторону фантастической правды об истинной природе Киппа».

23