Читаем Мистериум полностью

Наоборот, честь, оказанная Киппу, наполняла его смирением и решимостью не подвести Вуди.

Он слышал, как машина свернула в проезд.

Приехавшие заглушили мотор.

Дверцы открылись.

Кипп учуял четверых Ненавистников.

Шерсть поднялась у него на загривке.

Каждый из приехавших нес свою разновидность зла, мало отличавшуюся от остальных.

В дверь позвонили.

Вслед за звонком грянул оглушительный гром. Казалось, земная толща треснула под напором раскаленной лавы.

118

Джон Вербоцки позвонил в дверь. У него за спиной на крыльце стояли Некер, Спир и Родченко. Последние двое – с портфелями, какие иногда носили агенты ФБР. В портфелях находились сильнодействующие средства и все прочие атрибуты, необходимые для допроса.

Вербоцки невольно вздрогнул от ослепительной вспышки молнии. Казалось, будто солнце вдруг превратилось в новую звезду и мгновенно выжгло всю облачность. Следом яростно загрохотал гром, отзываясь у него в костях и зубах.

Когда по крыше над крыльцом забарабанил яростный дождь вперемешку с градом, дверь открылась. На пороге стояли мужчина и мальчик.

Скорее всего, именно этот мужчина и прикатил сюда под утро на «рейнджровере». Высокий, подтянутый, распространявший вокруг себя нечто очень не понравившееся Вербоцки. Уверенность? Твердость? Как бы это ни называлось, Вербоцки вдруг стало неуютно.

Интуиция требовала немедленно застрелить этого типа. Но у Вербоцки была университетская степень по психологии, которую он считал честно заработанной, а не просто полученной. Немецкие психологи из числа тех, перед кем он преклонялся, почитая их научными авторитетами, называли интуицию мифом, берущим свое происхождение в Volkskunde[20] суеверных крестьян, которые верили в такую чепуху, как законы природы.

Образованный человек должен руководствоваться холодным разумом и действовать на основе четких наблюдений и твердых фактов. Поверив интуиции, Вербоцки терпел поражение подобно тем нашпигованным суевериями дурням. Разум требовал от него не хвататься за пистолет.

Мальчишка, стоявший рядом с мужчиной, был не кем иным, как умственно отсталым сыном Меган Букмен, еще и запоздавшим в росте. Его синие глаза просто плавали в глазницах. Чувствовалось, что он не умеет сосредоточить взгляд. Улыбка делала мальчишку похожим на куклу или марионетку; странная улыбка, будто приклеенная и не выражавшая никаких эмоций.

– Что вам угодно, джентльмены? – спросил мужчина.

Вербоцки предъявил свое фальшивое фэбээровское удостоверение личности и улыбнулся. Его улыбка наверняка выглядела естественнее, чем у этого недоразвитого мальца.

– Специальный агент Льюис Эрскин, – представился Вербоцки, после чего назвал своих спутников, тоже доставших фальшивые удостоверения. – Специальные агенты Джим Родс, Том Колби и Крис Дэниелс. Нам необходимо повидать миссис Букмен. Дело касается ее трагического столкновения с Ли Шекетом, которого мы усиленно разыскиваем.

Самому Вербоцки произнесенные слова показались не слишком убедительными. Жаль, что он не потратил больше времени на репетицию. Однако мальчишка продолжал идиотски улыбаться, а с лица мужчины ушло напряжение.

– Я Бен Хокинс, друг миссис Букмен. Учитывая, что Шекет убил людей по меньшей мере в двух штатах, мы недоумевали, почему никто до сих пор не занялся им на федеральном уровне. Ваш приезд как нельзя кстати. Прошу в дом, агент Эрскин, и вас, джентльмены. Я провожу вас в гостиную. Там собрались все.

Оставив приехавших закрывать дверь, Хокинс, ничего не заподозрив, повернулся к ним спиной и сделал несколько шагов вперед. Сообразив, что вечно улыбающийся мальчишка не пошел с ним, а застыл у двери, глазея на Вербоцки и других, Хокинс остановился.

– Вуди, идем со мной. Сынок, там много вкусного печенья.

Когда и это не подействовало, Хокинс вернулся к двери и взял мальчишку за руку.

– Извините, – сказал он Вербоцки. – Вуди чудесный мальчик и обычно слушается, но он… да вы, наверное, знаете, особый ребенок.

Сказав это, Хокинс повел «чудесного мальчика» в гостиную.

Вербоцки в облике Льюиса Эрскина вошел в дом. За ним вошли остальные, после чего Спир закрыл дверь.

Потоки дождя хлестали так яростно, что их шум проникал даже внутрь этого основательно построенного дома, вызывая странное умиротворяющее чувство. Возможно, нечто подобное слышит младенец в плодном пузыре: безостановочный шум крови, циркулирующей по материнскому телу и поддерживающей его жизнь.

Всякий раз, когда подобные мысли забредали в голову Вербоцки, он удивлялся и думал, все ли в порядке у него с мозгами. Если бы, получив степень магистра психиатрии, он продолжил обучение, ему бы пришлось овладеть тонкостями психоанализа. Наверное, это было бы интересно. Однако судьба распорядилась по-иному, а затем он быстро продвинулся по другой карьерной лестнице, пройдя путь от высокооплачиваемого наемника в зарубежных горячих точках до специалиста по заказным убийствам в своей стране, получающего немыслимо высокие гонорары. Карьера психиатра никогда бы не принесла ему таких денег.

Идя вслед за Беном Хокинсом и мальчишкой в гостиную, Вербоцки услышал слова Бена: