Читаем Мистер Капоне полностью

Ущерб, который перестрелки нанесли Капоне, не ограничивался репарациями. «Это война!» – провозгласила одна газета. Неизбежно последовала очередная волна показных полицейских облав. Двери заведений Капоне, только что возобновивших деятельность, снова закрылись. Капоне нуждался в помощи.

После выхода из тюрьмы Торрио перебрался в Италию. Вскоре ему пришлось сбежать, потому что Муссолини объявил, что будет выставлять гангстеров в клетках на потеху публики. Торрио переехал в Нью-Йорк и вошел в состав старшего руководства криминального мира, помогая коллегам, Лаки Лучано[102] и Мейеру Лански[103], строить синдикат по чикагскому образцу. Он распределил дела между Нью-Йорком и Флоридой, где приобрел недвижимость. После атаки на кофейню Hawthorne Капоне провел во Флориде с Торрио несколько дней, обдумывая проблему Хейми Вайса.

Торрио, как обычно, призывал к миру. Как говорил позже Капоне: «Сразу после расстрела – а Торрио прекрасно знал, чьих это рук дело, – я поговорил с Вайсом. – Хочешь стать покойником, не дожив до тридцати? Пойми, тебе самому нужно, чтобы мы остались живы. Тогда еще можно было как-то договориться, но Вайс не стал слушать». Капоне также заявил, что: «Готов к миру… на какое-то время. Борьба не принесет пользы ни одной из сторон. Если договоримся, заработаем больше денег, чем сейчас. Хватит всем». Капоне решился на вторую попытку переговоров.

Капоне попросил Тони Ломбардо, президента Unione Siciliana, организовать встречу с Вайсом 4 октября в отеле Sherman. Капоне не планировал присутствовать на встрече, поскольку считал: личная конфронтация между людьми, пытавшимися убить друг друга, не будет способствовать успеху переговоров. Не исключено, что в качестве посредника для мирного урегулирования вопроса пригласили полицейского чиновника. От имени Капоне говорил Ломбардо, благо посыл был несложен: «Если Вайс хочет мира, Капоне готов пойти на разумный компромисс».

Но Вайс все еще не мог смириться с смертью О’Бэниона. Умом он понимал: следует проявить мудрость и пойти на компромисс, но виновники смерти Дини должны быть наказаны. Вайс объявил, что готов к миру, если Капоне одобрит убийство Скализа и Ансельми. Они все еще находились в Джолиете по приговору о непредумышленном убийстве, но договоренности можно было достичь в любом месте. Ломбардо сообщил об этом Капоне. «Я никогда не стану желтой собакой»[104], – отрезал Капоне, после чего Вайс покинул собрание.

Услышав ответ, капитан Джон Стидж лишь ухмыльнулся: «Нет на земле человека, которого бы Капоне не отправил на тот свет, если при этом будут соблюдены его интересы». А начальник полиции Коллинз вообще сомневался в правдоподобности встречи, зная – Вайс скорее убил бы Капоне, чем уступил. В любом случае полицейские не оценили ни разумность Вайса, ни искренность Капоне.

На этот раз Торрио сам приехал в Чикаго, чтобы обсудить с Капоне дальнейшие действия.

Капоне имел план действий на случай непредвиденных обстоятельств. Задолго до прерванных переговоров мужчина, назвавшийся Оскаром Лундином, снял единственную свободную комнату на втором этаже здания по соседству с Шофилдом (здание принадлежало Гарри Стивену Килеру[105], в нем недавно сменилась управляющая). Помещение было зарезервировано заранее, поэтому во вторник, 5 октября, когда комната освободилась, новый менеджер Анна Ротариу предложила Лундину переехать.

Комната не оправдывала ожидания жильцов. Непритязательная и грязноватая, она включала удобства в виде кровати с запятнанной латунной рамой, скрипучего дубового шкафа для одежды, нескольких стульев, газовой плиты и посудного ящика. Северная стена закрывала входную дверь, но из окна виднелся кусок тротуара и улица между магазином и собором Святого Имени, который находился с другой стороны на перекрестке с Супериа-стрит.

Примерно в то же время симпатичная молодая женщина, назвавшаяся миссис Томас Шульц, арендовала комнату на третьем этаже дома с другой стороны Супериа. Из ее окна был виден черный ход магазина Шофилда.

Лундин и Шульц оплатили аренду заранее, поэтому не привлекали особого внимания. Тем не менее Анна Ротариу вспомнила, что часто видела Лундина, сидящего около окна, потягивающего вино и усыпавшего пол сигаретным пеплом.

Во второй половине дня 11 октября 1926 года отбирался двенадцатый присяжный заседатель по делу об убийстве, совершенном Джо Салтисом и его водителем Фрэнком Левшой Консилом. На следующий день должны были пройти слушания показаний свидетелей, и специально назначенный прокурор Чарльз МакДональд надеялся на осуждение обвиняемых, несмотря на слухи, что Вайс готов потратить $100 000, чтобы купить Салтису оправдательный приговор. Присяжный вспоминал: в тот день Вайс выглядел крайне заинтересованным зрителем во время отбора.