Читаем Мироповорот полностью

– Что же ты предлагаешь? – спросил Юра. – Мы наготовили кучу боевиков. И по достаточно солидной, и по сокращенной программе. Их теперь надо использовать. Говорю как профессионал. Иначе они просто разбредутся. Или займутся уголовщиной. Благо там много бывших коллег, – он хихикнул, – «брата Зигфрида».

Так они иногда стали называть друг друга полушутя после последнего посещения карпатского лагеря.

– Боевики не обязательно должны стрелять и взрывать. Они могут и просто подраться и поучаствовать в беспорядках. Охранять, наконец, наши массовые мероприятия.

– Расконспирируются, – сказал Юра.

– А мы и не собираемся вести долгую партизанскую войну. Мы выйдем из тени только на пике событий. А там как покатит. Или победа. Или тотальное отступление. Благо есть куда. На ту же Украину. Следующая попытка подобной революции наверняка будет сделана уже другими.

– Согласен, – сказал Юра. И после небольшой паузы продолжал, – Но что-то ты стал более осторожным и не таким яростным после разговора с бельгийцем. Или я ошибаюсь?

– И да, и нет. Просто на финише, а дело идет к тому, надо быть предельно аккуратным.

– Но тогда, какая сейчас главная задача?

– Создание массовой неоязыческой конфессии. И здесь надо задействовать в том числе ваших орлов. Чтобы показать силу новой организации. И дать по рукам возможным конкурентам.

– Ну, это нам запросто! – уверенно сказал Зигфрид.

– Привет тебе, брат Петр, рыцарь дома Меровингов, – Виталий был весел как никогда.

Они встретились у Виталия по его просьбе.

Петр так и ахнул. Вот это осведомленность! Но не растерялся и ответил:

– Привет тебе, брат Виталий.

– Не удивляйся, дружище. Когда я работал в разведке, я со многими познакомился в этом мире. Но могу тебя успокоить. Враги пока ничего конкретного о тебе не знают.

– А не конкретного?

– Знаешь, ты или по рассеянности, или в силу некой гениальности поразительно верно себя ведешь. Нынешняя продажная мразь, – всегда корректный Виталий впервые за все время их знакомства применил столь энергические выражения, – даже помыслить не может, что серьезную опасность может представлять человек, живущий в коммуналке.

– А инцидент в Башкирии?

– Мусульмане запутали все до предела. Да и организовали вы все классно. Дилетанты в данных вопросах показывают блестящие результаты. Так что вы вне подозрений.

– Как идет наш литературный бизнес?

– Да, кстати, вот твои гонорары.

Виталий протянул объемный пакет с деньгами. Петр, не считая, попытался положить их во внутренний карман пиджака. Это у него не получилось, и он кинул пакет в кейс. Виталий наблюдал за ним с откровенной улыбкой.

– С налоговой все улажено? Мне не хотелось бы толкаться у этих чинуш, – спросил Чугунов.

– Все нормально. Мои юристы свой хлеб отрабатывают. Но, я, собственно, не только по этому поводу побеспокоил тебя. Как там дела с конфессией?

– Сегодня хотел узнать у соратника, отвечающего за это.

– Узнай. И вот, кстати, телефон, – он протянул визитку, – человека из администрации, который вам посодействует скорее организоваться.

– С чего вдруг такая любовь к нам?

– Это не любовь, а расчет. Им надо, во что бы то ни стало отвлечь народ хоть чем-нибудь. А вы, зарегистрировавшись на Украине и в Европе, все равно могли бы продавить оформление своей религиозной общины здесь.

Так что удалось кого надо убедить, что вам необходимо помочь.

– Но ведь «гусударственники» все сплошь православные.

Чугунов любил таким уничижительным образом, заменяя «о» на «у», называть «патриотов-государственников».

– А они, то есть имперские «гусударственники», – Виталий повторил произношение Чугунова, – сейчас сами не в фаворе. Они, можно сказать, почти оппозиция. А на самом верху игру сдают. Но для этого надо мягко снизить накал страстей. Вы с вашим неоязыческим проектом для этого подходите. Тем более, денег не просите. А на два хода вперед они не думают.

– Но мы же в связи с неоязыческим проектом уже запустили несколько весьма неприятных для них лозунгов.

– Им сейчас не до них. Это типичный случай принятия решения в условиях недостатка времени и информации.

В течение недели новая конфессия была зарегистрирована. И объявлена дата всероссийского схода представителей общин новой веры.

Чугунов избрал оригинальный метод публичного представления новой конфессии. Был собран сход, на который были приглашены все неоязычники. Вернее, их представители. Был снят один из самых больших залов в Москве. Но мест всем все равно не хватило бы. Поэтому желающие должны были сами уже в Москве, если не успели сделать этого заранее, снова «структурироваться» и послать на сход одного из нескольких желающих. Получилось нечто вроде многоступенчатых выборов.

Разумеется, окончательный состав схода контролировался людьми Чугунова. Но примерно четверть участников составляли те, кого намерено пропустили в качестве непримиримых оппонентов. А еще чуть меньше четверти было откровенного болота.