Читаем Мироповорот полностью

– Нет, дружище. Но надо провести несколько публичных мероприятий, где эта идея будет озвучена. А кроме того, нанять юриста, который бы начал процесс регистрации. Если будут затруднения, войдем в контакт с язычниками Мари-Эл, и станем массами вступать в их религиозную общину. Или как там это называется. У них ведь соответствующая конфессия зарегистрирована. Если не пройдет с Мари-Эл, поезжай на Украину. Там сейчас Юра. У него есть несколько наших соратников из УНА-УНСО в парламенте. Они сейчас вроде в победившей команде. Они помогут зарегистрировать нашу конфессию на Украине. А потом мы уже будем выступать ее филиалом здесь. Короче, думай, дружище.

– Петр, извини, но я разрываюсь. Студенты отнимают очень много времени.

– Ты что, еще не уволился со своей преподавательской работы?!

– Я не про то. Студенты, которых мы настраиваем на большую бузу.

– Отдай этот проект Лехе Никольскому. Помнишь такого парнишку из нашей команды? Он сейчас возглавляет студенческий профком МАИ.

– Вопрос, а где разместить его штаб?

– А давай у нас в офисе Союза.

– Но ты же говоришь, что офис слушается?

– Вот пусть они и займут свои ресурсы слушанием этой вольницы. Молодняк займет их так, что ни охнуть, ни вздохнуть. Вместе с тем борьба студентов совершенно легальная, политическая и пропагандистская. А мы, между тем, переместимся в наши монастыри.

– Но их пока нет.

– Должны быть. К весне. Напрягись, дружище.

– Да, кстати, Леха ведь задействован еще и в авиационных делах.

– Ничего, его юного энтузиазма хватит на все.

Все – Юра, Зигфрид, Бомбодел, Леха Никольский, занимались своими направлениями проекта, получая от Чугунова редкие указания и деньги. Василий занимался юридической стороной легализации новой конфессии. А Чугунов пропагандировал новую религию. Пока только на московских тусовках.

Вот и сейчас он выступал перед большой аудиторией смешанного состава. В зале была пара телекамер. Но это не удивляло Чугунова. Его идея воссоздания языческой конфессии в России стала весьма модной. Эта идея была удобна для СМИ со всех сторон. Во-первых, она была скандальна до предела. Каких только направлений ее развития, которые будоражили массовые эмоции, не возникало в процессе обсуждения. От многоженства до тайн русской истории. Во-вторых, она была не политической. Во всяком случае, на первый взгляд. А значит, не подпадала под пресс фактически установившейся в России цензуры. В-третьих, она была свежа и оригинальна. И заполняла вакуум, сложившийся в российских СМИ в нынешний период, называемый «новым застоем».

Так что сама внутренняя логика функционирования СМИ толкала их к подробнейшему обсуждению данного вопроса.

Был еще один аспект этой кампании, который приятно будоражил всех, за исключением верхушки и ее представителей. Очень многие смутно догадывались, что конфессиональный проект имеет некое второе дно. Что настанет момент, и в рамках этого проекта будут озвучены самые смелые надежды и настроения масс, которых уже просто корчило от ненависти к режиму.

И эти смутные и скрытые чувства и надежды имели классический религиозный характер. Да, говорил себе, о чем-то смутно догадывающийся обыватель, есть наши Боги, и они нам помогут. Мы просто не просили их об этом. Но мы попросим. И попросим их жрецов поддержать наши просьбы. И сотворится чудо. И будут повергнуты враги. И изобилие и счастье опустятся на нашу землю. Надо только попробовать, только уверовать. В конце концов, это так просто.

– А как вы относитесь к идее воздаяния? – прозвучал вопрос из зала.

– Уважаемые земляки! Дамы и господа! Подобная постановка вопроса уже не раз звучала в нашем зале. И я не устану повторять и уточнять. Поймите, не мы относимся! Это вера, а не политическая доктрина! У веры нет авторов, которые к чему-то могут относиться так, а к чему-то эдак.

Это понятно?

– Понятно, понятно, – раздалось из зала. – Но все же, немного о рае, аде, душе.

– Согласно нашей вере нет ни рая, ни ада. Есть бессмертная душа. И есть закон Кармы. Достойно прожил эту жизнь, в следующей будешь жить лучше, с меньшим количеством страданий. Но если в этой следующей жизни промотаешь бездарно свое счастье, потом опять возродишься с проблемной судьбой. Так что, если тебе везет, не проматывай этого везения бездарно. Используй его для того, чтобы помогать людям и для постижения Божьего замысла. Для содействия воплощению этого замысла.

И если тебе не везет, не бойся погибнуть. В следующей жизни геройская гибель зачтется. А жизнь у нас не одна. Кстати, не потому ли так беззаветно отважны, японцы, например. Ведь они верят в реинкарнацию. А семитические религии с их единственной жизнью, это метод сделать душу робкой. А человека управляемым.

Так что рай и ад реализованы на земле. И каждая душа проходит и рай и ад неоднократно. В этом плане семитические религии – иудаизм, христианство, ислам дают глубоко неверные представления. Хотя в некоторых своих положениях тонко подмечают отдельные частности.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Карта времени
Карта времени

Роман испанского писателя Феликса Пальмы «Карта времени» можно назвать историческим, приключенческим или научно-фантастическим — и любое из этих определений будет верным. Действие происходит в Лондоне конца XIX века, в эпоху, когда важнейшие научные открытия заставляют людей поверить, что они способны достичь невозможного — скажем, путешествовать во времени. Кто-то желал посетить будущее, а кто-то, наоборот, — побывать в прошлом, и не только побывать, но и изменить его. Но можно ли изменить прошлое? Можно ли переписать Историю? Над этими вопросами приходится задуматься писателю Г.-Дж. Уэллсу, когда он попадает в совершенно невероятную ситуацию, достойную сюжетов его собственных фантастических сочинений.Роман «Карта времени», удостоенный в Испании премии «Атенео де Севилья», уже вышел в США, Англии, Японии, Франции, Австралии, Норвегии, Италии и других странах. В Германии по итогам читательского голосования он занял второе место в списке лучших книг 2010 года.

Феликс Х. Пальма

Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Режим бога
Режим бога

Человечество издавна задается вопросами о том: Кто такой человек? Для чего он здесь? Каково его предназначение? В чем смысл бытия?Эти ответы ищет и молодой хирург Андрей Фролов, постоянно наблюдающий чужие смерти и искалеченные судьбы. Если все эти трагедии всего лишь стечение обстоятельств, то жизнь превращается в бессмысленное прожигание времени с единственным пунктом конечного назначения – смерть и забвение. И хотя все складывается удачно, хирурга не оставляет ощущение, что за ширмой социального благополучия кроется истинный ад. Но Фролов даже не представляет, насколько скоро начнет получать свои ответы, «открывающие глаза» на прожитую жизнь, суть мироздания и его роль во Вселенной.Остается лишь решить, что делать с этими ответами дальше, ведь все оказывается не так уж и просто…Для широкого круга читателей.

Сергей Вольнов , Владимир Токавчук , СКС

Фантастика / Боевая фантастика / Попаданцы / Социально-психологическая фантастика / Фантастика: прочее
Библиотекарь
Библиотекарь

«Библиотекарь» — четвертая и самая большая по объему книга блестящего дебютанта 1990-х. Это, по сути, первый большой постсоветский роман, реакция поколения 30-летних на тот мир, в котором они оказались. За фантастическим сюжетом скрывается притча, южнорусская сказка о потерянном времени, ложной ностальгии и варварском настоящем. Главный герой, вечный лузер-студент, «лишний» человек, не вписавшийся в капитализм, оказывается втянут в гущу кровавой войны, которую ведут между собой так называемые «библиотеки» за наследие советского писателя Д. А. Громова.Громов — обыкновенный писатель второго или третьего ряда, чьи романы о трудовых буднях колхозников и подвиге нарвской заставы, казалось, давно канули в Лету, вместе со страной их породившей. Но, как выяснилось, не навсегда. Для тех, кто смог соблюсти при чтении правила Тщания и Непрерывности, открылось, что это не просто макулатура, но книги Памяти, Власти, Терпения, Ярости, Силы и — самая редкая — Смысла… Вокруг книг разворачивается целая реальность, иногда напоминающая остросюжетный триллер, иногда боевик, иногда конспирологический роман, но главное — в размытых контурах этой умело придуманной реальности, как в зеркале, узнают себя и свою историю многие читатели, чье детство началось раньше перестройки. Для других — этот мир, наполовину собранный из реальных фактов недалекого, но безвозвратно ушедшего времени, наполовину придуманный, покажется не менее фантастическим, чем умирающая профессия библиотекаря. Еще в рукописи роман вошел в лонг-листы премий «Национальный бестселлер» и «Большая книга».

Гектор Шульц , Антон Борисович Никитин , Яна Мазай-Красовская , Лена Литтл , Михаил Елизаров

Приключения / Фантастика / Попаданцы / Социально-психологическая фантастика / Современная проза