Читаем Мирные годы полностью

— Да нет, эта зебра как раз такой и должна быть, — возразил геолог, — Это же не та обычная бурчеллова зебра, которая обычно на фотках и в фильмах, а капская горная — она и самая мелкая из всех их, и самая чёрная. Но хрен с ней, не в этом суть. Бабы же видели вчера, что лошадь лошадью, эдакий тарпан полосатый, так сегодня они столпились возле ейной шкуры, ну и точат лясы, что вот бы их наловить, да приручить, и будут тогда свои лошади. И хоть бы одна кошёлка задумалась, чего это бушмены на зебрах не разъезжают!

— Слишком агрессивная, вроде бы? — припомнил я из читанного в своё время.

— И это тоже, хоть и не главное. Наш, можно подумать, обычный тарпан в своей массе прямо образец миролюбия и приручаемости? Тут в шугливости собака порылась. И нормальные-то лошади шугаются, чего ни попадя, но зебры — это нечто! Несколько дней в стойле конюшни её продержи, чтоб привыкла, а потом в открытый загон выпусти — так от этого открытого пространства может в панику впасть! И если попёрла в дурь, а урезонить надо экстренно, то хрен там, только пристрелить на месте и остаётся. Пробовали не раз их приручить, но получалось только с единичными экземплярами. Читал я как-то раз где-то про упряжку аж из целых четырёх штук в карете у одного аглицкого лорда, так она тогда произвела фурор как небывалое и неслыханное достижение дрессировки.

— А квагга? — спросил Володя, — Её же, вроде, буры массово приручали?

— Ну, не так уж и массово, но — да, приручали. Только приручали не по конской или ослиной специальности, а просто чтобы они паслись вместе с нормальным скотом на стрёме и подымали кипеж, когда хищника засекут. Сторож на шухере, короче.

— То есть, нормально их одомашнить — дохлый номер? — поинтересовался я.

— Нет, ну если целью задаться и не рассчитывать на быструю отдачу, а работать на дальнюю перспективу, то селекция может всё. Только если уж на то пошло, то я бы не с этой капской горной работал, не с бурчелловой и даже не с кваггой. Если именно лошадь ездовая нужна, так я бы выбрал североафриканскую зебру Греви. Трудности с ней — те же самые, что и с остальными, так зато она хоть крупнее всех — вообще самая крупная из всех диких лошадиных, даже немного крупнее среднего тарпана. Но что зебры! Уссался я даже не с них, а с буйволов, на которых эти кошёлки переключились с той зебры как раз, когда я проходил мимо. Мотыжить же землю тяжело, а тут, типа, такие бычары разгуливают на свободе и к работе не припаханы, — Серёга снова заржал, да и мы со спецназером от смеха едва не легли лежмя — млять, они бы ещё носорогов одомашнить вознамерились, гы-гы! Капский чёрный буйвол — самый крупный и самый свирепый подвид так нигде никем и не одомашненного в реале африканского буйвола, если кто не в курсах…

Пару буйволов удалось завалить в предшествовавшие дни. Одного укладывали для надёжности залпом из трёх винтовок и двух арбалетов, а второй, забрёвший почти до самого лагеря, подставился под выстрел из крепостного ружья. Поэтому наши колонисты уже успели заценить как буйволиное мясо, так и стати капского буйвола — ага, до тонны весом матёрые самцы, что твой зубр, куда там обычному домашнему быку! Что странного в соблазнительности идеи одомашнить такого бычару? Чтобы понимать всю несуразность подобной затеи — это ж надо знать, что такое африканский буйвол, а откуда ж о нём знать этим простым как три копейки испанским колхозницам?

— А чем этот африканский буйвол так уж сильно отличается от индийского? — поинтересовался Володя, — Индийский же ещё хрен знает когда одомашнен.

— Да, задолго до ариев — у дравидов Хараппы и Мохенджо-Даро он уже был, — согласился геолог, — А дикий по силе и свирепости — тоже подарочек ещё тот.

— Скорее всего, ничем принципиально, — хмыкнул я, — Оба они друг друга стоят, но дравидская цивилизация Инда и скотоводы Сахары — всё-таки две большие разницы по уровню культуры. У тех города были и сложно организованный социум, какие-никакие, а государства, способные содержать и высококвалифицированных узких специалистов по востребованным профессиям и целые НИИ при храмах, а эти — дикари дикарями. Если бы африканский буйвол водился, допустим, в Гребипте — думаю, что тамошние жрецы с ним справились бы, как справились с несколькими видами антилоп.

— Были единичные случаи выращивания совсем ручными телят африканского буйвола, если их давали на "воспитание" обычной домашней корове совсем мелкими, — добавил Серёга, — Получалось не со всеми, но в принципе это вариант, и скорее всего, тем же путём одомашнивался и индийский. Так что повторить это дело с африканским можно, просто нахрена он нужен, когда давно уже есть домашний индийский? Разве только ради его устойчивости к сонной болезни? Ну так а нам с вами сильно ли нужны те регионы, где летает и кусает кого ни попадя муха цеце?

— Млять, ну вот куда ни кинь, всюду жопа, — констатировал спецназер, — Там эта грёбаная муха, тут эти грёбаные змеи.

— Да их и там хватает, — поправил я, — Тут хотя бы уж этот мух отсутствует. Ну и черномазые тоже отсутствуют, и этим я тоже как-то абсолютно не опечален.