Читаем Мирные годы полностью

Вот что у бушменоидов реально выдающееся, так это их бушменоидные жопы. Голландцы, обожавшие в семнадцатом веке целлюлитных рубенсовских коров, от этих бушменоидных жоп балдели и охотно обзаводились туземными наложницами с такими формами, наплодив с ними хренову тучу полукровок. Если учесть, что расистами они, вообще говоря, были похлеще англичан, то это — очень даже показатель. Такие жировые отложения на седалищной части организма характерны в общем и целом для всей их расы, и многие антропологи склонны усматривать в этом адаптацию к пустыням Калахари и Намиб, где не так-то легко найти жратву, и на один сытый день может иногда запросто приходиться несколько голодных. Но тут вся закавыка в том, что в Калахари бушменов загнали негры бечуаны только в девятнадцатом веке, а до того они жили и охотились во вполне нормальной саванне, да и не самые они жопастые среди своей расы. В чемпионах по жопастости ходят готтентоты, которые вообще выходцы с севера, то бишь из близких к экватору и куда менее пустынных местностей. Правда, это не исключает адаптации ихних предков в далёком прошлом, когда глобальные климатические изменения, связанные со сменой оледенений межледниковьями и обратно, могли приводить к многократному росту южноафриканских пустынь. В этом я не копенгаген, и даже Серёга не копенгаген, так что хрен их знает, что их заставило отрастить такие сральники. Есть ещё у ихних баб такое явление, как "готтентотский передник". Это когда из звизды нутро торчит наружу и даже слегка свисает. Ну, не у одних только бушменоидок, будем уж объективны. Встречается это дело и у негритянок, и у некоторых европеоидок, которых в бушменоидной примеси уж точно не заподозришь, но у бушменоидок это распространено шире и выражено ярче. Особенно, опять же, у готтентоток, как и следует из названия, так у них это и ценилось в качестве признака красоты, и мамаши ещё мелким шмакодявкам начинали это их висячее хозяйство вытягивать, так что к своему совершеннолетию готтентотка как раз означенный передник и имела. Ну, о вкусах не спорят, как говорится. Бушмены в таком изврате, вроде бы, не замечены, да и жопами не в такой степени выделяются, но вот что характерно для всей расы, так это морщинистость кожи в зрелом возрасте. Пока юные, могут быть даже по-своему симпатичными, но как повзрослеют — старпёры старпёрами. В остальном же — дикари как дикари. Бабы с подростками собирательством занимаются, мужики — охотой. Отличные следопыты, прекрасные знатоки повадок живности, хорошие лучники. Вроде бы, даже честностью славились, так что, будем надеяться, договороспособны.

Луки современных бушменов, как я уже сказал, слабенькие по нашим меркам. Но вот так ли дело обстоит именно сейчас, в античные времена, полной уверенности нет. С одной стороны, мелкой дичи в саванне хватает, и мощный длинный лук типа аглицкого лонгбоу для охоты не очень-то и нужен, но с другой — охотничьих угодий слишком много не бывает в принципе, а вот слишком мало может оказаться запросто, и тогда у соседних племён возникают схожие мысли, что кто-то тут явно лишний, но возникают и серьёзные разногласия, кто именно лишний. И вот тут сильный дальнобойный лук в умелых руках может оказаться веским, а иногда и решающим аргументом в споре о правых и виноватых. Яд ядом, но его же ещё и добросить до противника надо, и неплохо бы сделать это чуть раньше, чем то же самое сделает он. А засаду в открытой саванне устроить нелегко, ведь обе стороны друг у дружки на виду, и значит, оружие желательно иметь подальнобойнее. До кучи невольно припоминается и знаменитый зулусский щит — здоровенный ростовой, в беспорядочной рукопашной свалке слишком громоздкий и неудобный, но почему-то был у зулусов общепринят, и не только у них, а и у всех родственных им племён. Не потому ли, что их предки были веками на переднем крае экспансии банту на юг, и противником их чаще всего бывали мечущие отравленные стрелы лучники-бушменоиды? А под ливнем стрел, на который ответить нечем, поскольку негры — лучники хреновые, а ассегай далеко не метнёшь, и остаётся только атаковать, большой щит, прикрывающий всю тушку — не помеха, а единственное спасение. И намекает означенный зулусский щит на не столь уж и слабенькие луки тогдашних бушменоидов. И хотя происходило это в саванне, а не здесь, в зоне капских субтропических лесов, но — как знать, как знать…