Читаем Мирные годы полностью

— Вот именно! Наплыв в несколько раз превышает прошлогодний, назад дороги нет, там голодная смерть, и в отчаянии многие согласны на всё. Тут и для порядочного-то человека соблазн немалый, а где же их напастись, столько порядочных? Видел бы ты эти поддельные жетоны прошлогоднего образца, обладателей которых толпами сгоняют в фильтрационные лагеря! Да собственно, вот тебе одна из этих подделок и вот настоящий — сравни и найди, как говорится, десять отличий, — он выложил на стол и пододвинул ко мне два жетона, один из которых на фоне второго выглядел кустарно, но гораздо добротнее тех, что подделывались ближе к концу прошлого года, — Две мастерских мы накрыли на нашей территории и целых пять обнаружили в Бетике у самих вербовщиков. Мало им уже торговли настоящими, они уже и до откровенного мошенничества докатились! За такое — только вешать, невзирая ни на что! Ну, основную массу, конечно — сам ведь понимаешь, что осудить всевозможных сынков-зятьков-племянничков больших и уважаемых людей не так-то легко. Штук пять таких пришлось из-за этого вместо суда просто пристрелить при попытке к бегству из-под стражи, и наверняка они — не последние. И ты думаешь, у Сапрония лучше? Стража фильтрационных лагерей вымогает и домогается не меньше за провод желающих без правильного жетона в обход контрольно-пропускного пункта, и военно-полевые суды завалены работой. У меня полтора десятка тайных агентов спалены при разоблачении и взятии с поличным этой мрази, и их теперь надо переводить на Азоры — во избежание мести им со стороны родни и покровителей осуждённых и повешенных. Ну, до весны задействую их у других границ, где их ещё никто не знает, а по весне буду просить места в лимите переселенцев.

— Сколько попросишь — даже не парься этим. Так Наташка-то из-за чего на вас окрысилась? По идее, радоваться бы должна тому, что сволочь не остаётся безнаказанной.

— Так ведь у этой казнённой сволочи семьи, которые мы высылаем в Бетику как неблагонадёжные. Там и нормальным-то не будут рады из-за голода, а у этих же тут ещё и репутация семей коррупционеров, наживавшихся на их бедах — сам же понимаешь, ничего хорошего их там уж точно не ждёт…

— Зато хороший пример для ещё не пойманной сволочи. Они же заботой о своих семьях себя оправдывают — вот и пусть полюбуются, какую судьбу они им готовят.

— Да я ей так и объяснял, как и Володя, но ты же представляешь эту демагогию гуманистов про слезинку ребёнка и про зло, множащее зло? Сколько слёз пролито из-за них — это уже не в счёт, это УЖЕ свершилось, и с этим уже ничего не поделать, а вот этих новых можно ещё не допустить, и значит, нельзя их допускать.

— Ладно, с тобой и Сапронием всё ясно, он — фашист и солдафон, ты — фашист и кровавая гэбня, а Володя-то ейный тут каким боком?

— А он — наш пособник в этих кровавых делах. В Бетике-то ведь я свою агентуру официальной силой поддержать не могу, и там их силовую поддержку осуществляют его разведгруппы. Ну, немножко и наши тамошние друзья помогают, но этого мало, а палить их нельзя, и девчонок без защиты на всякий случай тоже не оставишь — приходится и его бойцов невидимого фронта задействовать…

Я ведь рассказывал уже о прошлогоднем перелаивании с Миликоном по поводу пресечения иммиграции к нам нежелательных элементов? Говорили мы с ним тогда, если кто запамятовал, и насчёт молодых смазливых баб из таких семеек нон грата, для которых есть и альтернатива депортации взад, если бордельными шлюхами работать согласны. Ну, если ни на что лучшее не сгодятся, как Васкес тогда сразу же оговорил. Учитывая же, по какой он у нас части, нужно ли разжёвывать, что он имел в виду? Правильно, именно это и имел в виду — службу в весьма специфической агентуре, готовой и подсадными утками послужить, а при необходимости, если уж никак от этого не отвертеться, и подол задрать, и ноги раздвинуть — ага, исключительно в интересах службы. Как говаривал Джеймс Бонд, чего только не сделаешь ради Англии! Вот и для ловли той сволочи, безобразничающей с иммигрантами, Хренио их задействовал, потому как смазливая баба не совсем уж нищего вида, но и не слишком тяжёлого поведения — идеальная приманка и для вымогательств, и для домогательств. Провокация, конечно, не самый респектабельный из способов взятия коррупционера за жопу, но как его ещё поймаешь с поличным? А ловить надо быстро, и судить показательно, и вешать публично, поскольку проблема — серьёзная.