— И ты, зная об этом, даёшь своему трубу?

— Вообще-то я ему её подарил, и он вправе пользоваться ей, как ему вздумается. А за хороший вкус — могу только похвалить, — и мы с Одноглазым рассмеялись.

С ганнибалёныша у неё особый спрос оттого, что тот занимается по ускоренной специальной программе — несколько ужатой, чтобы за год два класса проходил. Парень же ровесник моего Волния, и хотя нагнать сверстников ему уже не светит, сократить разрыв ещё можно — когда они седьмой класс окончат, он — четвёртый. Но чудес, конечно, в этом мире не бывает, и учебная нагрузка — практически предельная для пацана. Естественно, не всё у него идёт хорошо, и что-то приходится подгонять и на каникулах.

На Азоры же, не дожидаясь нашего возвращения в Оссонобу, выезд всех наших семей Велтур организовал, так что как раз в Нетонисе мы с ними и встретились. Мои без Азор летние каникулы уже и не мыслили, так что это и не обсуждалось, ганнибалёныша тоже без побывки у родоков хрен оставишь, нашей историчке мемуары самого Ганнибала вынь, да положь, и ждать их присылки в Оссонобу с оказией никак не можно. Ну и девок своих она, конечно, тоже не прихватить на Азоры не могла, потому как идеи-фикс выдать свою Ирку замуж за моего наследника не забросила, а тут как раз Турия траевская к отцу на лето отправлена, и Юлька честно пытается ковать железо, не отходя от кассы. Наташке тоже несколько не всё равно, за кого ейная Ленка замуж пристроится, так что тоже выезд в Нетонис обсуждению не подлежал. Васькин с Фабрицием — и те свои семьи на Азоры послали, хоть и не смогли в это лето вырваться сами. Ну и Аглея, опять же, двух своих выпускниц сюда распределила, в Нетонис — ага, для подъёма культурного уровня пока ещё захолустной, но весьма перспективной колонии. О нас же и говорить нечего — с Кубы путь домой только один, и Нетониса на нём ну никак не миновать. В общем, массовый у нас наплыв на этот сезон пришёлся…

12. Обыкновенный фашизм и кровавая гэбня

— Ты считаешь, что в этом году можно ещё обойтись без карантина? — Наташка мне на Васькина уже нажаловалась, и я теперь разбирался, что там за хрень на самом деле.

— Не вижу смысла, — подтвердил наш главный мент и госбезопасник, — В Остии массовой заболеваемости не замечено, в Карфагене и Утике тоже, в испанских портах на южном побережье — тем более. Ты же сам понимаешь, что любые мероприятия, подобные карантину — это постановка всех на уши с гарантированным массовым недовольством. Я не стану делать этого без веской причины, очевидной для всех. Эпидемия в южных портах нашего соседа или хотя бы в Ближней Испании, в том же Новом Карфагене — это было бы уже другое дело, но её нет даже в Остии, а навигация заканчивается — зачем же мы будем сходить с ума? Весной, с началом новой навигации — да, опасность станет реальной, ну так тогда уже и объявим карантин. За зиму наши глашатаи успеют оповестить и все наши порты, и вообще весь народ об эпидемии в Италии и об её усилении, а мы проведём пару учебных карантинных тревог, когда они принесут всем наименьшие неудобства — и мои службы получат тренировку, и народ о предстоящем весеннем карантине предупредим и к нему подготовим, чтобы к весне все всё понимали правильно. А пока об эпидемии даже слухи ещё не дошли, и даже мы сами знаем о ней только по сообщениям разведки — рано.

— То есть, мы крикнем "Пожар!", когда его нет и в помине, всполошим всех, и этим только дискредитируем наши превентивные меры, — кивнул я, — А что с эпидемией на данный момент?

— Остия, а значит, и Средняя Италия, как я уже сказал, ещё не затронуты. Самый разгар в Греции, оттуда перекинулась на юг Италии, и моя агентура доносит о массовых вспышках в Таренте, Мессине и Сиракузах. Есть случаи заболеваний в Кампании, но пока подтверждений их массовости и сходства симптомов ко мне не поступило.

— Похоже на брюшной тиф? — это была наша основная версия.

— Да, симптомы явно его. И смертность — я, конечно, понимаю, что в донесениях реальные бедствия сильно преувеличены, но даже и с поправками на это смертей много — думаю, что уж децимация югу Италии гарантирована. Антисанитария и недоедание из-за вот уже второго подряд неурожая положения, сам понимаешь, не улучшают. Есть случаи массовых психозов с поисками прогневивших богов злоумышленников и самосудом над заподозренными в святотатствах.

— Вакханутые, небось, тоже активизировались?

— Да, как мы и ожидали. Банды беглых рабов-пастухов, а теперь вдобавок к ним ещё и эти — у римских властей хватает хлопот…

— Да мне хрен с ними, с римлянами, — хмыкнул я, — Главное — до нас эта болячка раньше весны не докатится. Так Наташка-то из-за чего визг подняла? Из-за этих известий с юга Италии?

— Ну да, я же держу её в курсе всех новостей по её части, чтобы и наши меры не запаздывали, но вот эта её повышенная мнительность…

— Знаю. Но другой биологички и врачихи у меня для тебя нет, так что терпи эту. Думаешь, мне с ней легко?

— Знаю, — и мы с ним рассмеялись.