Читаем Мир Уршада полностью

Ларси они не дождались, но правда о том, что случилось в безлунный цикл на плато Четырех пальцев, стала известна Рахмани много позже. Ларси очень спешил, погоняя собак кнутом, чего не делал никогда раньше. Женщины испугались, когда увидели его, и не хотели отпускать обратно. Он и сам чуял, как поднимается за спиной бледное розовое свечение — очень скверный признак. Луна окончательно прячется за отрогами плато Зайцев, но взамен лунного света приходит это…

За границей вечной Тьмы нет дня и нет ночи, но иногда там становится светло, почти как в поселках поморов на Великой степи. Хаски чуют приближение света заранее, и заговоренные амулеты начинают стонать, поэтому ловцы Тьмы успевают увести упряжки в безопасные иглу, под защиту Сырого барьера. Опытный ловец, венг Ларси выпил огня с руссами и пренебрег опасностью.

Четвертая твердь рождала уршадов. Ларси запряг шесть самых мощных птиц в длинные сани и погнал назад. Он не вернулся, и руссы не вернулись — никто, а спустя неделю двое промысловиков пересекали плато, гонясь за медвежонком, и обнаружили сына Ларси. Он выжил, но потерял ступни ног и два пальца на руке. Мальчику сказочно повезло. Рахмани провел возле его постели, в иглу старого Ларси несколько ночей, но не сразу поймал правду за хвост. Он всегда видел на несколько песчинок вперед и различал, как напрягается мальчик, едва заслышав голос гостя на пороге. Сын Ларси расплакался, вспоминая, как начали розоветь торосы от восходящего света. Руссы копали, им не терпелось добраться до днища невероятной колесницы. Хаски рвали и грызли постромки, чуя приближение четвертой тверди. За границей Вечной Тьмы нет дня и ночи, но иногда наступает время, когда человеку лучше уйти. Венги говорят про такие периоды: «Вечная Тьма рожает уршадов»…

Когда стало совсем светло, безумие постучалось в души руссов. Двое из них пошептались между собой и застрелили двоих своих товарищей. Шестнадцатилетний сын Ларси стучал зубами от страха, глядя на них из-под тента саней. Он уже догадался, что в живых его не оставят, и решил бежать. Пока мужчины пили из бутыли белое прозрачное вино, он сбежал. Ему дважды выстрелили вслед, но догонять не стали. Предвкушение будущего богатства расплавило им мозги.

Мальчик за семнадцать часов пересек пешком плато Четырех столбов, он спешил навстречу отцу, но разминулся с ним. Во льдах никогда нельзя быть уверенным, что твой сегодняшний путь повторяет вчерашние следы… Как погиб старый Ларси и уцелевшие путешественники-руссы, никто так и не узнал. Вечная Тьма похоронила их вместе с чудесной находкой и упряжкой тягловых страусов…

Рахмани выслушал все это, сидя у постели искалеченного юноши.

— Где он? — спросил Рахмани, и от его голоса слепая бабка Ларси, курившая у очага, выронила трубку.

Рахмани не стал спрашивать, как венг Ларси убил оставшихся в живых руссов, такие скучные подробности его не интересовали. Он сжал юноше израненную руку и заткнул ему платком рот, чтоб не слушать вопли. С улицы вбежали вдова Ларси, его племянник и еще две женщины. Рахмани обернулся к ним, и все четверо отшатнулись, порезавшись о сталь его взгляда. Племянник попытался незаметно вытащить нож из-за голенища, но Рахмани показал им всем раздвоенный язык. Язык был самый обыкновенный, но венги увидели именно то, что он хотел им показать. Увидели морду снежного дэва. Благоразумные женщины со слезами повисли на плечах своего горячего родственника, остудив его пыл.

— Твой отец был верным другом и мудрым человеком, — произнес Рахмани, вытирая слезы раненому юноше. — Мне грустно сознавать, что ловец Тьмы мог нарушить законы чести.

— Он… ради меня, и ради сестры, — прохрипел мальчик, баюкая забинтованные пальцы. — Тьма повредила его разум… Он не хотел…

— Прошу тебя… — повалилась в ноги ловцу вдова Ларси. — Прошу тебя, он и так теперь калека… Не убивай моего сына! Возьми все, что ты хочешь, но не убивай его…

— Я уважал и любил твоего мужа, — сказал ей Рахмани, и лик его окутался неподдельной грустью. — Но теперь мне горько сознавать, что я спал в одной палатке с человеком, который мог бы меня зарезать…

— Но мой сын невиновен, — всхлипнула женщина. — Умоляю тебя, не доноси на нас… Если ищейки короля заподозрят, что ловец Тьмы напал на гостей, если хотя бы заподозрят…

Рахмани отлично знал, что сделают с семьей венга, если он донесет. Официально все найденное ловцами за границей Тьмы, и вплоть до плато Зайцев, принадлежало ютландской короне, но ловцы получали от скупщиков двора и академии отличные комиссионные. И всех устраивало, просто потому, что за маленькие деньги венги не стали бы рисковать, а принялись бы продавать подарки Тьмы царю руссов, саксонам или еще кому-нибудь, южнее. Зато когда приезжали искатели со стороны, они вносили залог в казну, и ловцы уже не имели права на долю. Неписаный закон Тьмы гласил: «Кто оплатил экспедицию и проводников — тот получает все».