Читаем Мир Уршада полностью

Я швырнула этим троим в глаза формулу египетской тьмы, сама прянула вперед и вправо, трижды взмахнув накидкой в танце «косули у ручья». Поскольку слева от них была стена, естественно, они поворачивались вместе с оружием в другую сторону, и четыре пули просвистели мимо. Обычному бойцу в голову не приходит, что противник катится ему навстречу, да еще и в тупик. Для стрельбы хочется развернуться лицом к открытому месту. Тьма еще не закрыла моим соперникам глаза, а в хилой обшивке брига уже появились четыре очередные яркие дыры.

— Вот она, сука! Держи ее!

— А-а-а, глаза, мои глаза!!

Кой-Кой легко настиг убегающего полковника. Он упал ему под ноги мягким ковриком и тут же скрутил лодыжки врага железными путами. Длинный Харин грохнулся, едва не проломив череп. Где-то истошно визжали девушки.

— Домина, на набережной пять машин и люди с оружием. Они целятся в корабль, но пока боятся идти!

— Внимание, на борту-ту-ту! Вы окружены-ны! Предлагаю немедленно сложить оружие-е! — громоподобный голос полетел над водой.

Первый из моих противников яростно тер глаза, махая дымящимся пистолем. Я использовала прием кузари-дзютцу, но за неимением цепи пришлось орудовать шнуром с гирькой. Я сорвала с пояса один из шнуров, отягощенных металлом, и накинула на шею второму. Пока этот рослый дурак сражался с удавкой, я сделала три кувырка, всякий раз меняя направление. Третий охранник выстрелил в меня трижды. Он разбил бутылку с вином, попал в мертвого горца и под конец — застрелил второго белолицего, помощника Харина, который в драке участия не принимал. Тот честно стоял на коленях, стуча зубами, и получил пулю в живот.

Некрасивая, обидная смерть.

— Домина, он вырывается!

— Марта, он убегает!

Эти двое, Юля и перевертыш, повисли на ногах у отважного Харина, а тот, скрипя зубами, рыча, бормоча угрозы, волок их за собой в коридор. Почему-то полковнику внезапно надоела компания его ночных приятелей.

— Я повторяю-ю! Никто не пострадает-ет! — надрывался гулкий бас на берегу.

— Женщина-гроза, они спрятались за своими повозками и кричат в небо. — Кеа исправно выполняла свои обязанности, прикрывшись крышкой. — Они перегородили улицы, но не могут сдержать горожан. Там не меньше тысячи любопытных.

Наконец египетская тьма накрыла половину залы, словно кракен выпустил свою черную жижу. Я станцевала перед ослепшими бойцами последний танец, в бортах судна прорезались еще три лишние дырки. Затем я затянула шнур, от которого безуспешно пытался освободиться один из них. Двоим уцелевшим мой сэлэм подарил быстрое освобождение от хлопот.

— Марта, кажется, мы его убили!

Пока полковник сражался с перевертышем, ведьмочка Юля огрела его по голове бутылкой.

— Вы его не убили. Кой-Кой, заберем его с собой! Иди впереди, найди нам лучшую повозку!

— Как же мы выйдем? — запричитала Юля. — Они уже тут, целая свора. Они нас расстреляют, смотрите…

— Не ори! — пришлось дать ей несильную оплеуху. — Бери его за ноги и тащи! Кеа, тут есть еще враги?

— Никого, кто бы мог угрожать нам, Женщина-гроза. Пятеро имеют оружие, но они заперлись глубоко в трюме, потеют и портят воздух, — доложила нюхач. — Кстати, вон там, на тарелке, прекрасный виноград, я бы не отказалась…

— Постойте, — опомнилась вдруг девочка Юля, — помогите мне развернуть эту колонку.

Я не слишком понимала, что она делает. Девочка нашла на возвышении что-то вроде клавесина братьев Жамю; когда-то мой супруг Зоран водил меня в один богатый дом в Кенигсберге, там играли на подобном инструменте в четыре руки. Музыка меня почти усыпила, но ловкость механиков вызвала уважение.

Однако рыжая ведьма отыскала не клавесин. Она взяла в руки блестящий огурец, и мы с Кой-Коем вместе вздрогнули от ее кашля. Из черного ящика, который Юлия назвала «колонкой», покатился воистину львиный рык.

— Эй вы, ваш полковник в порядке! Я требую, чтобы немедленно приехало телевидение! Слышите?! Если хоть один подойдет к лесенке-ке, мы убьем всех, кто внутри-три!

— Кой-Кой, что она говорит? — Я не понимала и половины слов.

— Вы — идиоты. — Харин выплюнул кровь. — Я даю вам последний шанс: отпустите меня и проваливайте. Чего вы хотите, денег?

— Домина, кажется, она требует, чтобы сюда прибыли глашатаи сатрапа и… нет, не понимаю.

— Отпустите женщин-ин! Отпустите заложников-ков! — гремел в ответ мужской бас. — Послушайте-те! Назовите ваши требования-я!.. Могут пострадать случайные люди-ди…

Я осторожно выглянула в оконце, но кричавшего не заметила. Все смельчаки прятались за своими машинами. Две длинные стеклянные повозки перегораживали улицу. Там бегали «бобры» и безуспешно пытались сдержать напор толпы. Если до сего момента горожане реагировали довольно вяло, то после последних слов Юли толпа поперла вперед, словно им обещали бесплатное вино.

— Домина, наша ведьмочка говорит, что вон тот красный ав-то-бус привез очень важных людей. Они могут сделать так, что о нас через три минуты услышит весь город. Это такая особая каста — жур-на-лис-ты…