Читаем Мир иллюзий полностью

На площади же царила неописуемая неразбериха, охваченные отчаянием, вопящие от ужаса люди пытались любой ценой поскорее выбраться оттуда. К счастью, женщины с детьми стояли позади всех, и они уже разбегались в разные стороны. Но вот мужчины обеих группировок слились в единую, ревущую толпу, и именно в эту толчею и юркнул Фелиз.

К счастью, его могучее телосложение как раз позволяло ему сделать это. Сильные, мускулистые ноги несли его похожее на бульдозер тело через эту свалку, и в этот момент он ощущал себя в роли футбольного защитника. Однако это еще совсем не означает, что на всем пути отступления людские волны не швыряли Фелиза из стороны в стороны, подобно пловцу, оказавшемуся посреди бушующего моря. И все-таки три сотни фунтов живого веса имеют огромное преимущество перед всему прочими созданиями из плоти и костей, превосходя их по весу в среднем почти в двое. Всего за какое-то секунды, весь поцарапанный и в крови, сочившейся из мелких ранок, но при этом сумев сохранить на себе китайский шарф в целости и сохранности, Фелиз сумел выбраться из толпы и направился в сторону заветного холма.

Улицы были полны бегущими людьми, спешащими поскорее укрыться за стенами своих домов и добраться до набитых одеждой шкафов. К ним-то и присоединился Фелиз — и обогнал всех.

Благодаря наполовину миктурианскому происхождению он мог развивать очень большую скорость лишь при беге на короткие дистанции. Фелиз миновал бегущих по улицам горожан на скорости около тридцати миль в час; но к тому времени, как ему удалось выбраться на окраину, он уже начал задыхаться и был вынужден сбавить шаг, переходя на легкую рысцу. Однако несмотря на то, что он тяжело сопел, напоминая со стороны бегущего носорога, темп этот Фелиз сохранял всю дорогу вверх по склону, до угла каменной стены близ опушки леса.

Здесь он все же упал, повалившись на землю, подобно поверженному монументу, оставаясь обессиленно лежать еще несколько минут, тяжело дыша и дожидаясь, когда тело восполнит недостаток кислорода, а усталость покинет сильные мышцы.

Вскоре ему стало чуть получше. А чуть позднее гораздо лучше. Он сел на земле и оглянулся назад, туда, откуда сам только что пришел. У подножия склона он увидел небольшую группу полуголых индивидуумов, облаченных в непонятного вида лохмотья черного цвета. Они грозили ему кулаками и быстро приближались.

Они также волокли за собой вверх по склону холма некий громоздкий предмет, издали напоминающий средних размеров старинную пушку для стрельбы ядрами. Точно из такого же орудия космическая станция подбила его корабль.

Один из участников шествия вскинул винтовку, прогремел выстрел, и что-то со свистом пронеслось по воздуху совсем недалеко от него.

Фелиз вскрикнул — это было нечто среднее, между стоном и воплем отчаяния — вскочил на ноги и, спотыкаясь, устремился в лес. Когда накануне Эль Хоска приходил вместе с ним кораблю, он постарался запомнить дорогу. Теперь же Фелиз был практически уверен в том, что идет тем же маршрутом, однако тем не менее сердце его то и дело замирало и подступало к горлу, пока, наконец, заросли впереди не начали редеть и он сумел разглядеть за деревьями очертания своего космического корабля, стоящего посреди поляны с гостеприимно распахнутым люком.

Забравшись по лестнице внутрь, Фелиз обессиленно повалился в кресло у пульта управления. Тяжело дыша, он быстро отыскал кнопки, позволяющие закрыть корабль, и тут же нажал их. В следующее мгновение за спиной у него раздалось ласкающее слух железное лязганье. Судорожно сглотнув, он не без содрогания вспомнил о пушке, катившейся за ним по пятам и инстинктивно потянулся к кнопкам старта. Но внезапно внутри у него все похолодело, как если бы его грудная клетка вдруг оказалась заполнена сжиженным воздухом.

Лишь теперь он заметил, что кроме него на корабле, похоже, больше не было никого.

— Каи! — позвал он, вскакивая со своего места. Его голос отдавался эхом от стен тесного отсека управления. Тогда он развернулся и бросился к двери в каюту; и эта самая дверь, которая только что была открыта нараспашку, вдруг с грохотом захлопнулась перед самым его носом.

— Не смей заходить сюда! — послышался оттуда истерический вопль Каи.

— Хорошо! — прокричал Фелиз. — Пристегнись к койке. Ляг на нее и как следует пристегнись ремнями. — Он бросился обратно к пульту управления.

— Зачем? — раздался голос из каюты.

— Так надо! — рявкнул в ответ Фелиз, судорожно щелкая выключателями. — Делай, что тебе сказано!

В каюте воцарилось молчание. Ему оставалось лишь надеяться на то, что она сделает все, как велено. Дело в том, что его корабль отрывался от земли совсем не так плавно, как это делают огромные, роскошные лайнеры. А скорее, как кот, которому наступили на хвост.

Между делом он включил экран монитора. На нем было видно, как его преследователи выбираются из зарослей на поляну. Таки Маноаи, облаченный в черную простыню, или что-то другое, с виду напоминавшее черную простыню, отдавал приказания подчиненным, а те уже заряжали пушку и наводили ее на цель.