Читаем Мёртвые душат полностью

Вот уже Дрю окружили высоченные камыши — надёжный ориентир края болота. Теперь надо не попасться на глаза никому из деревенских. Уж они-то будут рады порассказать всякому о том, как видели посланника Смерти, прятавшегося в камышах.

Выглянув из камышей, нет ли чего подозрительного, Дрю заметил вдали большую группу каких-то странных столбиков почти в человеческий рост. На что это было похоже? Вроде, на какие-то изваяния, поставленные здесь до снегопада и запорошенные снегом. Раньше их здесь не было — во всяком случае, три года назад, когда Дрю здесь последний раз побывал.

Изваяний было с полсотни. Не поселилась ли в окрестных деревнях секта жалких ангелопоклонников, которые повсюду ставят своих вырезанных из стволов дерева идолов с лицемерно-возвышенными лицами?

Догадку надо было проверить. Оставив коня в камышах, Дрю из Дрона направился к столбикам. Чем ближе он подходил, тем удивительнее выглядели изваяния. Они не шевелились, но от чего-то казались посланнику живыми. И лишь подойдя совсем близко, Дрю сообразил, что никакие это не изваяния.

Припорошённые, а местами и занесённые снегом, здесь стояли мёртвые крестьяне. Стояли и равнодушно смотрели на посланника.

Что же с ними случилось? Почему они стоят под снегом, не шевелясь, и не уходят? Так они могли простоять не один месяц, и ещё простоят, пока сила природных стихий окончательно не прервёт их скорбного посмертия. Заколдовал ли их кто? Дрю пытался некоторых окликнуть — никакого ответа. Пытался толкать: если они падали, то не поднимались. Так посланник догадался, что крестьян здесь стояло больше, просто некоторых опрокинуло ветром и полностью занесло снегом.

* * *

— Погодите, посланник! — сказал Дониа, когда Чичеро уже приготовился идти, рассчитывая ещё вздремнуть перед завтраком.

— Что такое?

— А других стражников мы убивать не будем?

— Зачем?

— Сейчас мертвы только те стражники, которые следили за вами. Это вызовет подозрения, не так ли? — объяснил Дониа, вытирая остатки крови с ладони о свои жёсткие волосы соломенного цвета.

Чичеро поневоле признал правомерность его замечания. Действительно, погибнуть во цвете лет придётся ещё нескольким стражникам. Что ж, сами виноваты: нашли к кому в стражники-то наниматься!

— Я вам помогу! — живо вызвался Дониа. Кажется, этот молодой мертвец был из тех, кто любит убивать — кому нравится само дело.

Чичеро кивнул. Они с Дониа двинулись по коридору. У поворота им встретился живой стражник, которого Чичеро флегматично задушил. У лестницы попалось сразу два стражника — живой и мёртвый. Чичеро занялся мертвецом, а Дониа напал на живого.

Ухмыляющийся мертвец против короткого меча Чичеро выступил с алебардой. Этим оружием он владел достаточно хорошо, чтобы не дать посланнику даже возможности приблизиться для удара.

Увернувшись от двух боковых ударов алебардой, Чичеро не успел уйти от колющего, и стражник его буквально пригвоздил к деревянным перилам лестницы. Будь Чичеро цельным существом, а не составным, ему бы не поздоровилось. В том месте, в котором чёрный плащ пронзила алебарда, у людей обычно расположено сердце.

Стражник бил прицельно, но не мог знать, что вместо одного обычного сердца у Чичеро — целых три, и расположены они на разной высоте. Удар, предназначенный для сердца посланника, пришёлся по бедру Зунга, а поскольку карлик извернулся, чтобы уйти от разящего острия, то этот же удар пропорол ему и левую ягодицу.

Стражник уже праздновал победу. Не опасаясь подвоха, он приблизился к посланнику почти вплотную, и изумление от неожиданно слабого сопротивления насаженного на алебарду тела только-только начало его посещать, когда из-под плаща поражённого им врага высунулось три руки с длинными ножами.

Мертвеца редко удаётся свалить с первого удара, так что Лимну, Зунгу и Дулдокравну пришлось с ним повозиться, но они справились, воспользовавшись той единственной ошибкой, которая лишила стражника безопасной дистанции и отняла у него алебарду.

Когда уничтоженный посланником мёртвый стражник перестал подавать признаки посмертного существования (а для этого его пришлось здорово искромсать), Чичеро заметил, что Дониа повторяет за ним почти все расчленительные процедуры. Его соперник по бою был существом живым и легко убиваемым, и Дониа мог бы так сильно не стараться, расчленяя его заживо. Чичеро поморщился, но решил ничего не говорить под руку товарища. Маленькие слабости своих помощников надлежит прощать.

Но вот погибший живой стражник с облегчением испустил дух и улёгся на ступени лестницы рядом с погибшим мёртвым. Дониа оторвался от любимого занятия и односложно спросил у Чичеро:

— Дальше?

— Нет, — поспешно проговорил посланник, — я думаю, на сегодня достаточно. От меня мы прямое подозрение уже отвели, а уничтожать всех стражников на этом ярусе едва ли будет разумным.

— Может, пойдём и зарежем Эйуоя? — предложил настырный молодой мертвец.

— Не сегодня, — отклонил его идею Чичеро.

* * *