Читаем Мимикрия полностью

– Может быть, в другой раз, – говорю я, сминая пальцами пустую банку. Жестянка приятно трещит в руках, складываясь в гармошку.

– Хорошо. Главное, чтобы я был частью твоего побега, – продолжает нажимать на больную мозоль Дикий.

Я улыбаюсь своей самой искренней улыбкой. Он может думать все, что хочет. Но я точно знаю, что в моем плане его нет и не будет никогда. В тот день, когда я решу покончить с Клайо, я покончу и с ним. Дикий – лучшее, что может дать мне эта дыра, но Алабама не центр мира. По крайней мере, не моего мира точно.

Я хотела поехать в Лас-Вегас. Сыграть в рулетку и сорвать джекпот. Но до Лас-Вегаса нам не добраться. Не за две тысячи долларов. Новый Орлеан – все, что мы можем себе позволить, и это тот город, который мы вбили в навигатор телефона.

– Смотри, казино. Все, как ты хотела, – пытается меня подбадривать Дикий, когда мы гуляем по широкой Канал-стрит.

Путеводитель, который я успела изучить за пять с лишним часов в дороге, утверждает, что это главная улица города, которая условно делит Новый Орлеан на американскую и французскую части. Американскую нам не потянуть. Так хоть посмотреть на то, как могут и живут богатые американцы. Однако глазеть на успешных не то, чего мне хотелось. Но, видимо, для жизни на широкую ногу с бюджетом в две тысячи не стоило покидать если не пределов Клайо, то пределов штата Алабама точно. И все же мы в Луизиане.

Я стараюсь не замечать сверкающих витрин, не читать названий брендов, многие из которых даже не слышала. Я смотрю на людей. Стараюсь слиться с толпой, почувствовать себя частичкой этого мира. Народу вокруг много, и все как будто не идут, а пританцовывают. Отовсюду звучит джаз. А я люблю джаз. Люблю петь и танцевать.

– Ну что, сделаем ставку? – спрашивает Дикий, снова напоминая мне про казино.

– В другой раз, – говорю ему я и, подумав, добавляю: – Я хочу сыграть по-крупному.

Мы сворачиваем со сверкающей улицы во французский квартал. Двухэтажные дома с балкончиками и резными ставнями, куча маленьких магазинчиков, где можно купить все: от выпивки до странных эзотерических статуэток. С каждым шагом мне кажется, что мои глаза открываются все шире и шире. Я боюсь что-то упустить. Веселая компания мексиканцев радостно принимает нас в свои ряды. Мужчина в широкополой шляпе передает мне косяк. Две затяжки – и я больше не чувствую себя приезжей. Я хочу веселиться, как все. Вместе со всеми. Но Дикий не разделяет моих желаний.

– Слушай, давай держаться от них подальше, – шипит он.

Он с силой сжимает мне запястья, пытаясь что-то втолковать, но я его не слышу. Кругом слишком шумно и весело. Я хочу танцевать. А еще я хочу в туалет.

– Малыш, не кипятись. Мы приехали отдыхать, помнишь? – сообщаю ему я. Мне не хочется ругаться.

Дикий меня, кажется, не слышит. Он слишком напряжен. Ему надо выпить. Я оборачиваюсь. Яркая неоновая вывеска слепит глаза. Мы стоим у бара.

– Я в туалет, а ты купи пива. Нет, давай джина, – предлагаю я.

Он отпускает мою руки, и мы вместе поднимаемся на две ступеньки. Дверь открывается с приятным перезвоном колокольчиков. Такое чувство, будто у меня над головой поют цикады. Внутри темно и прохладно, а грудастая женщина с золотым кольцом в носу пускает мне в лицо клубы малинового дыма. Я улыбаюсь ей и, пошатываясь на ватных ногах, иду в уборную.

Справив нужду, я нависаю над раковиной и долго всматриваюсь в зеркальное отражение. Картинка расплывается и ускользает. Я брызгаю в лицо ледяной водой. Это бодрит и отрезвляет. Не знаю, что курит тот мексиканец, но это было слишком даже для меня. Наконец я могу сфокусироваться на зеркале. В нем я вижу давно забытое лицо девушки. Той, что я была несколько лет назад. Глаза горят огнем, на щеках играет румянец. Она жаждет приключений, она открыта переменам. Но я ли это?

Снова брызгаю в лицо водой и только после этого выхожу в торговый зал. Ищу глазами Дикого, но не вижу.

– Парня ищешь? – хрипит женщина.

Теперь я вижу не только золотое кольцо у нее в носу, но и широкие раздутые ноздри, пухлые губы и татуировку змеи на половину черепа. Она совершенно лысая. Она видит мое замешательство, но не торопится с ответом. Дает мне возможность себя рассмотреть и оценить. Я улыбаюсь. Она вызывает интерес, как и все те странные эзотерические сувениры, что ее окружают. Я делаю два шага в ее сторону и вижу через стеклянную дверь Дикого. Он стоит ко мне спиной и пьет пиво. Он может подождать. Еще один шаг – и я у цели. Женщина не сводит с меня глаз.

– Если ты решила загипнотизировать и вывернуть мои карманы, зря стараешься, денег у меня нет, – сообщаю ей я, продолжая улыбаться.

– Зачем мне тебя обирать? У тебя уже украли будущее, – говорит женщина, пуская мне в лицо струю малинового дыма.

Я и забыла, что она курит трубку. От едкого запаха щиплет в глазах, першит в горле. Я кашляю, но, несмотря на это, слышу ее дребезжащий голос. Ее слова проникают в меня. Стреляют прямо в сердце.

– Ты полна ненависти. Ты жаждешь мести, – говорит она, и я различаю какую-то знакомую трель позади себя.