У Карлоса начал заплетаться язык, что, естественно, не улучшило настроения Омедаса.

— Нет, скажи мне честно, Хулио, что ты обо мне думаешь? Неужели я действительно чудовище?

— Ну да, конечно. Страшное и ужасное.

— Тебе смешно, а моя жена всерьез считает, что я какой-то выродок. Она хочет защитить от меня моих же детей. Кораль сама мне так сказала.

Перед глазами Хулио замелькали огни вечернего города. Никогда раньше ему не приходилось водить такую шикарную машину. Впрочем, он не садился за руль после пары рюмок водки. Ему казалось, что машина сама знает, куда ехать, нужно только не мешать ей. В каком-то смысле это даже было правдой. Навигационная система GPS проложила кратчайший путь до Ла Моралехи. Хулио оставалось только рулить и аккуратно нажимать на педаль газа.

— Едем к тебе домой?

— Нет, домой не поедем. У меня его вообще больше нет. Нет семьи, значит, нет и дома. Не хочу я туда ехать, мне там страшно и грустно. У меня украли все. Похитили мою любимую дочку. Отвези меня в гостиницу. Точно, поехали в «Палас». Меня там знают. Приду к консьержу и скажу: «Быстро давай мне самый лучший номер». Куда они денутся? Дадут люкс как миленькие.

Хулио продолжал ехать в выбранном направлении, не обращая внимания на пьяную болтовню пассажира.

— Вполне возможно, что она уже там. Я серьезно. Ей всегда нравился «Палас». Там кафе хорошее и люстры красивые. Наверняка сейчас приедем, заглянем в книгу постояльцев и найдем ее имя. Все, решено. Едем в «Палас»!

После этого Карлос на несколько минут замолчал. Хулио приоткрыл окно с его стороны, чтобы вечерний воздух помог пьяному немного протрезветь.

Вскоре Карлос действительно чуть-чуть пришел в себя и завел уже не столь бессмысленный разговор:

— Как ты думаешь, она вернется? Знать бы только, где ее искать. Мне бы поговорить с ней. Пусть объяснит, что происходит. Эй, Хулио! — Он звал психолога так, словно того не было рядом, улыбаясь как висельник, стоящий на краю эшафота. — Хулио!

— Что?

— Позвонил бы ты ей, что ли! Поговорил бы с ней. Постарайся убедить, чтобы она со мной встретилась, сама объяснила, что произошло. Вы ведь с ней отлично ладите. Она тебя послушается. Не хочу я обращаться к адвокатам. Если до этого дойдет — считай, что между мной и Кораль все кончено. Мало того что это само по себе противно, так ведь и юристы свое дело знают. Они не остановятся, пока людей до развода не доведут. А я хочу быть с Кораль, как раньше. Я люблю ее! Не знаю, как можно без нее жить!

Хулио представил себе, что Кораль слышит этот монолог, и почему-то ему показалось, что слова Карлоса ни в малейшей степени не тронули бы ее.

— Ладно, успокойся.

— Мне нужно, чтобы жена меня простила! Передай ей, что я сделаю все, что она захочет, пусть только вернется.

Вскоре Карлос уткнулся лбом в боковое стекло и уснул. Хулио пришлось помочь ему выйти из машины и отвести к дому. Он боялся, что если Карлос упадет, то придется вызывать «скорую». Омедас фактически тащил его на себе — по дорожке, по ступенькам крыльца, через террасу, порог и по всему вестибюлю. Наконец Хулио опустил Карлоса на диван. Тот упал как подкошенный и сразу же затих. Вид у него был весьма жалкий.

Пока Хулио набирал номер, чтобы вызвать себе такси, Карлос успел отключиться и громко захрапел.

Глава шестнадцатая

Подстава

13 июня

Он настолько изменился, что я с трудом его узнаю. Стал послушным, покладистым, во всем идет навстречу, играет с сестрой, да и ко мне стал относиться совсем не так, как раньше. От былой холодной дерзости не осталось и следа. Мне кажется, что тот шлюз, через который он сливал на окружающих ненависть, накопившуюся в нем, захлопнулся и остался там, в его старом доме. Здесь мы находимся рядом с ним в куда как более тесном пространстве, но дышим совершенно иначе. Нет никакого напряжения, ощущения опасности.