Читаем Мильтон в Америке полностью

Он немного пожевал и вновь обратил ко мне беспомощный взгляд. «Пить, - сказал он. - Мне нужно смочить чем-нибудь пересохшую глотку». - «Минуту, сэр». - «Но, пожалуйста, не дольше. Я терзаюсь жаждой».

Я огляделся, чувствуя себя так уверенно, словно у водопроводных труб Шордича, и тут же обратил внимание на одну из скал. «Кто-то свыше о вас печется, мистер Мильтон». - «Знаю». - «Там сохранилась дождевая вода, еще не успевшая испариться». - Я подвел его туда и поднес его ладонь к выбоинам, полным дождевой воды.

Он склонился и стал пить. Закончив, он вытер рот рукой.

- Нет-нет, Гус. Он всегда такой аккуратный. С тонкими манерами. Белье у него удивительно чистое: я отстирываю его играючи. А за столом он непременно вытирает нож о салфетку после еды.

- Если б не ты ему прислуживала, Кейт, он бы вряд ли вообще притрагивался к еде.

- Зато тебя, Гус, долго уговаривать не приходится. Что поесть, что выпить - это ты всегда готов. Надеюсь, к слову, у тебя в стакане простая вода.

- Если моя история тебе пока не надоела, я добавлю еще несколько слов. Напившись вдосталь, он вроде как огляделся. «Вокруг тихо, как среди ночи. Мы с тобой одни, Гус? Еще кто-нибудь спасся?» - «Не вижу ни единой души. Живой, то есть». - «Думаю, со времен апостола Павла не бывало таких жестоких, прискорбных бурь». - «Похоже на то. Знаете, о чем я думаю?» - «О чем ты думаешь, Гусперо?» - «Я думаю, нам пора убраться с солнцепека». - «Найти убежище под сенью листвы?» - «Именно так». - «Да, теперь я чувствую - солнце над головой. Какое оно здесь - большое?» - «Громадное. Это необычное место, сэр: океанские воды, лес, песок, трава - все смешалось». - «Солнце такое же свирепое, как в Аравии?» - «Полагаю, что хуже. И все же зелени вокруг хватает. Вот там вылезла после шторма трава. Еще немного и достигнет человеческого роста. Какие громадные стебли и широкие листья - в Англии я ничего подобного не видел». - «Чего же ты хочешь? Дикие края - косить некому, коров пасти тоже». - «Теперь можно бы и попасти, да только они дохлые». - «Да. Расскажи мне о "Габриэле"».

Мы сели рядом в тени скалы. Чертя круги на песке, чтобы не смотреть на жутких мертвецов, я описал ему все, что видел за день. Он тоже не поднимал головы и внимательно слушал. «Ладно, довольно, - произнес он, когда я рассказал о пилигриме с мешком за плечами. - В краю, куда нас направила воля Божья, есть нечто от мира зла. Иначе как объяснить этот ураган и множество погибших? Мы спаслись не случайно, Гусперо. Нам предназначено снова блуждать в пустыне, каковая пустыня должна служить аллегорией всей падшей природы. Боже правый, что это за шум?»

- Ты почему стонешь, Гус?

- Я изображаю шум, который мы услышали, Кейт - что-то среднее между вздохом и стоном. А кроме того, ты права - у меня в стакане не просто вода. Мистер Мильтон схватил меня за руку. «Что, если это перекликаются разбойники?» - «Людям здесь нечего делать, сэр». - «А если это не человек? Если это дикий зверь? - Через мгновение звук повторился. - Прячь голову!» Но мне было слишком любопытно, я высунулся из-за скалы, взглянул и - знаешь, Кейт - взвизгнул, как старая дверь. Не бойся, изображать это я не собираюсь.

«Кто там? - шепнул он яростно. - Говори». - «Это медведь, сэр. Большущий - в Лондоне я таких не видел. И чернущий». - «Разверзлись адские врата. Что он делает?» - «Пожирает дохлую рыбу, которую выбросило штормом. Набивает себе брюхо и ни о чем худом не думает. Скорее всего, нам не стоит его бояться». Но не успел я отвести глаза, как медведь выпрямился и стал нюхать воздух. Он был ростом с куклу на Одежной ярмарке, и он начал к нам приближаться. Сообразив, что зверь почуял запах козлятины, я живо кинулся к тлеющему костру, схватил шкуру и обугленные куски мяса и зашвырнул их как можно дальше в океан, надеясь, что медведь последует за ними.

- Что это за Одежная ярмарка?

- Ярмарка, где продают одежду. Медведь не свернул с пути. Тогда я поднял козлиную тушу и кинул ему, надеясь, что он остановится и примется за еду. Но он продолжал семенить. Враждебных намерений я в нем не разглядел, скорее он напоминал старичка на прогулке. Но что-то раньше не попадалось мне старичков с такой тяжелой походкой, и мистера Мильтона начала бить дрожь. Он схватил меня за руку и повлек в тень скалы. «А теперь бегом», - шепнул он. «Только если вы побежите со мной вместе». - «Куда слепцу соревноваться с медведем? Ты что, рехнулся? Вперед». - «Нет. Я останусь с вами».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Далия Мейеровна Трускиновская , Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Ирина Николаевна Полянская

Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Попаданцы / Фэнтези