Читаем Милость Императора полностью

Однажды, через несколько дней – или, возможно, недель – их путешествия, надсмотрщик— Броненосец, дернув рычаг, с лязгом опустил клетку на палубу. Надсмотрщик был облачен в кольчугу и гофрированную мантию из легких железных пластин. Небрежно положив на плечо огромную двуручную булаву, он вошел в клетку и выбрал Варима – часовщика с крепкими руками, который был хорошим стрелком из лазгана. Без предупреждения Броненосец ударил шипастой булавой по голове Варима. Быстрый мощный удар окатил всех облаком кровавых брызг.

Потом Броненосец просто запер клетку и ушел. Не было ни причины, ни провокации, ни предупреждения. Они снова были подняты в своей клетке на лязгающих цепях вместе с окровавленным трупом Варима. Во время этой казни никто не произнес ни слова. Сильверстайн, прижатый к трупу, не мог отвернуться. Его биоптика наблюдала, как тело постепенно остывает, и показания пульса исчезают, обращаясь в ничто.

АРИДУН, самый малый из Миров Медины, был одновременно и молодым и древним. Шесть тысяч лет назад на планете произошло массовое вымирание форм жизни. Атмосфера подверглась эрозии, и тройные солнца стали выжигать планету, испаряя огромные океаны и запекая почву пылающим жаром. Эти перемены породили новую флору и фауну, эволюционирующую и процветающую в суровой окружающей среде. Это был новый рассвет жизни, начавшийся лишь шесть тысяч лет назад.

Пепельные равнины были усыпаны доисторическими останками, раздробленными костями и окаменевшим прахом оттенка поблекшей сепии. Где когда-то были океаны, отложения соли из испарившейся воды образовали соляные равнины.

В южном поясе, среди сухих саванн и дюн, был основан центр имперской колонии. Здесь климат был достаточно умеренным, чтобы в нем могли расти тысячекилометровые заросли саговников, папоротников и гинкго.

Здания здесь были более древними, чем имперская колония. Города, известные как Цепь Крепостей, сформировали линию укрепленных пунктов, растянувшуюся вдоль южной саванны. Всего в ней было двадцать три города-государства – Перкасса, Аргентум, древний Барсид, мертвая Ангкора, и еще девятнадцать других, расположенных в линии на расстоянии двадцати километров друг от друга. Крепостная стена длиной четыреста километров соединяла укрепленные города в единую оборонительную линию. Эта линия – стена и вал из песчаника и известняка, и была известна как Цепь Крепостей. Бомбарды и мортиры грозно смотрели из бойниц стены, протянувшейся вдоль горизонта, как каменная гряда. Это был единственный бастион цивилизации и, фактически, жизни на Аридуне.

Удивительно, но мало населенный и охраняемый небольшим гарнизоном Аридун пострадал от войны меньше всех других миров Коридора Медины.  До сих пор, по неизвестным причинам, нападения Великого Врага носили характер разведки боем. Высадка войск Броненосцев была ограниченной; разведка Кантиканской Гвардии оценивала силы противника максимум в 70 000 солдат, судя по имевшимся в его распоряжении десантным кораблям. Но даже и так средствам ПВО Цепи Крепостей удалось рассеять большую часть этих кораблей и отогнать их от населенного южного пояса на много километров в районы Островов Клетки и выжженных пустошей. 

И в этом умеренном поясе, в девятой крепости Цепи – Аргентуме – Росс и оперативная группа «Бдительность» нашли Храм Зуба.

РОСС разгладил складки шелкового халата сапфирового цвета, прекрасного одеяния, который он часто надевал во время отдыха. Они прибыли на Аридун меньше недели назад, но было удивительно, как после принятия ванны, бритья и нескольких дней сна, война на Кантике стала казаться прошлым многолетней давности. Росс вышел на крышу храма, чувствуя, как теплые глиняные черепицы согревают его ноги. С крыши над невысокими храмовыми стенами открывался прекрасный вид на саванны южного пояса. Последние два дня храмовые священники предлагали Россу проводить медитацию на стенах храма, чтобы восстановить силы. Это был мудрый совет, ибо сам пейзаж здесь, казалось, помогал изгнать из разума сомнения и страхи. Вдали участки зеленых зарослей покрывали окрестности Цепи Крепостей. Узкие каноэ плыли из болот по каналам в город, направляясь в торговые районы. Еще дальше, паслись стада зауроподов, серых рептилий с длинными шеями и толстыми ногами. «Сильверстайну понравилось бы охотиться здесь», подумал Росс.

Храм вполне соответствовал своему названию, напоминая по форме коренной зуб человека. Здание было полностью построено из глины, и представляло собой круглое основание, увенчанное кольцом минаретов около сорока метров в высоту. Каждый год до начала сезона дождей на старые стены намазывалась новая глина. Лишь мастера из городской гильдии штукатуров считались достойными этой работы.

Работа начиналась в благоприятный по предзнаменованиям день, определяемый наблюдением за звездами, религиозными дебатами, и когда глина в каналах была подходящей плотности. Фундамент храма благословлялся священными молитвами – смесью имперских псалмов и местных заклинаний. Каждая фаза реконструкции отмечалась ритуалом.