Она испуганно вздрогнула, едва не соскользнув с откоса. Прямо на нее смотрел высохший труп человека с открытым зияющим ртом, наполовину выкопанный из земли. Большая часть кожи хорошо сохранилась в сухом климате, как коричневая вощеная бумага, обвиснув на костях скелета.

— У него в руках резец и кремень, — сказал Силат.

Мадлен присела, чтобы осмотреть труп. Действительно, в высохших пальцах были кремень и резец. Этого человека, очевидно, засыпало обвалом, когда он вырезал надписи на каменной плите.

— Можно заметить, что он одет как мединский воин доимперского периода, — сказала Мадлен.

— Вы уверены?

Мадлен кивнула. Хотя одежда на трупе затвердела и была вся в земле, как и само тело, она хорошо сохранилась под слоем глины и железной руды. На мертвеце были веревочные доспехи — броня из тщательно выделанной пеньки, способная отклонить острие клинка. Головной убор  из множества слоев ткани на его черепе был украшен вышитой надписью на океаническом терранском, означавшей «Сопротивление».

— Это ясно по головному убору. Он явно относится к эпохе Войны Освобождения. Это один из мятежников, сражавшихся с войсками генерал-губернатора Фултона, командовавшего кампанией по возвращению Медины под власть Империума шесть тысяч лет назад.

— А надпись на камне, что она означает? – спросил капитан Силат, осветив участок текста на каменной плите лучом фонаря.

Мадлен моргнула, вглядываясь в надписи, и начала читать вслух.

«Так кончается глава нашей свободы. Мы пытались пробудить Повелителя, нашу Звезду, но созвездия не были расположены к его пробуждению. Наш Повелитель проснулся, зевнул, и снова погрузился в сон, но своим кратким пробуждением он отнял у нас наш мир. Наводнения и бури – наших рук дело, пусть имперцы знают об этом»

Мадлен остановилась. Она услышала, как изумленно выдохнул капитан Силат. Вероятнее всего, Силат не вполне понимал, что это все значит, но Мадлен понимала очень хорошо. Судя по этой надписи, мятежники во время Войны Освобождения пытались выпустить эмбрион звезды. Но геодезические линии не были подготовлены, и расположение звезд и планет не было соответствующим. Звезда была выпущена, но из-за неверной схемы активации она «снова погрузилась в сон». Астрономия и космология никогда особенно не интересовали Мадлен, она предпочитала изучать историю человечества во вселенной, а не саму вселенную. Но сейчас скучные лекции по космологии принесли пользу. По ее мнению, надпись могла означать лишь то, что звезда вспыхнула, но потом снова вернулась в стабильное прото-состояние.

Вспышка. Вспышка выпустила достаточно радиации, чтобы истощить озоновый слой и атмосферу Аридуна, вызвать наводнения, засухи и массовое вымирание форм жизни. Старый Король был причиной, по которой Аридун умер в первый раз.

Если бы звезда была выпущена в момент, когда ее энергия была максимальной, Мадлен не сомневалась, что Старый Король поглотил бы весь Коридор Медины и произвел бы достаточно радиации, чтобы она достигла ближайших субсекторов Тетрапилон и Мантикор. Энергия, выпущенная растущей звездой была бы чудовищной. Молекулярное расширение формирующейся звезды могло уничтожать миры, звездные системы, суб-сектора…

— Это значит, — медленно сказала Мадлен, — что за этой плитой скрыта сущность, которая может уничтожить все. Мы не должны позволить Великому Врагу завладеть ею.

Высоко над ними, сотрясение от разрывов снарядов напомнило ей о войне, бушующей на поверхности.

— Капитан, пожалуйста, поспешите. Мы должны удвоить рабочие смены. У нас слишком мало времени, — умоляюще произнесла она. 

ГЛАВА 28

— ПОСТРОИТЬСЯ! — приказал Росс, и его приказ передавался по берегу канала визгом командирских свистков.

102-й батальон должен был удерживать позиции перед понтонным мостом. 101-й и 104-й батальоны должны были отступить, заманивая Броненосцев. Во всяком случае, таким был план Росса.

Солдаты 102-го были ветеранами, закаленными десятилетней войной с бандами мятежников в горах Сумлаит на Кантике. Если у какого-то батальона и было достаточно храбрости удерживать фронт, противостоя ураганному натиску Броненосцев, так это у них. С другой стороны, 101-й и 104-й были гарнизонными батальонами, не имевшими боевого опыта и не выполнявшими ничего более опасного, чем патрулирование. Росс только надеялся, что они смогут отступить в порядке и  заманить противника в зону обстрела артиллерии. 99-й и 105-й батальоны бригады были разбиты в первый день наступления противника, их остатки влились в уцелевшие батальоны.

Когда колонна воинов Великого Врага подошла к середине моста, они перешли на быстрый шаг. Мост начал прогибаться под тяжестью такого множество солдат. Из боевые барабаны застучали быстрее и громче. Противник перешел на бег.