Читаем Миллион миров полностью

Эндор сдержанно кивнул и отступил.

– Среди нас есть тот, кто знает все первопричины: личный интос Ирелии Кан. Ему неизвестно, что случилось с хозяйкой, ведь в свой закрытый мирок она чаще всего уходила одна. Так случилось и сегодня; в результате нейр Ирелии был стёрт вместе с логами защитных полей, и никаких данных не осталось. Зная первопричины, мы могли бы понять, что произошло – но Звездочёт не откроет нам тайны хозяйки, потому что она хранила их, а он не способен нарушить её волю.

– Мы можем заставить его говорить, или сломать? – поинтересовался Эндор, и даже сквозь маску спокойствия на его лице можно было почувствовать, как сильно муж Ирелии не любит её уродливое виртуальное отражение.

– Есть юридическая процедура принудительной дешифровки, – согласился Фокс. – Звездочёта можно обязать открыть всё, что имеет непосредственное отношение к смерти Ирелии Кан. Но только обязать. Получив такое принуждение, этот интос самоуничтожится: вес директивы о сохранении тайны пересилит директиву о сохранении себя. То же самое произойдёт при попытке взломать Звездочёта.

– А что сейчас держит его на этом свете? Теперь, когда Ири больше нет.

– Хороший вопрос. Звездочёт?

– Ещё не все указания исполнены, – прошелестел демон.

– Вот и замечательно, – кивнул Фокс. – Ты нам очень пригодишься. Ведь этот интос хочет найти и наказать убийцу Хозяйки. Две его основных директивы входят в конфликт, обе требуют исполнения. И если нельзя заставить Звездочёта открыть то, что неизвестно – можно сначала сделать это известным. Тогда пересилит вторая директива, и интос сможет нам помочь.

– Как это? – нахмурился Дурран.

– Если мы разгадаем тайну Ирелии, она перестанет быть тайной.

– Но ведь не станет фактом? Будет просто гипотеза, а робот вовсе не обязан подтверждать наши гипотезы. Ведь так?

– Так, – подтвердил Звездочёт.

– И ещё я не понял, зачем вы просили оставить папарацци? Он же всё запишет в глазные камеры и продаст новостным порталам ещё за пару миллионов, негодяй! Впрочем, мы держим его в коконе, пусть сидит и давится от любопытства!

– Самое время снять поля, констебль, – улыбнулся Одиссей. – И я обещаю вам, вы об этом не пожалеете.

Дурран побагровел и опасно надулся, но так и не лопнул, а лишь молча сорвал с голована все блокирующие завесы.

– Привет, – помахал инфо-вору детектив. – Мы пытаемся открыть миру правду, помогай. Начнём с того, что было проще разгадать: любовника Ирелии Кан. Эндор, вы рассказали, что жена уходила в ментосферу к другому. Но при этом она не перестала любить вас?

Ззир’Пуун в шоке уставился на детектива, миллионера, на всех остальных. Казалось, в его улучшенных высокотехнологических глазах зарябили счётчики денег, но это была всего лишь автокалибровка пространственных камер.

– Надеюсь, что да, – помедлив, ответил Эндор. – Ири ничего не мешало расстаться со мной, если бы она захотела.

– Как вы узнали, что она встречается в менте с другим?

– Её постоянные уходы в «сакральную медитацию» превратились в притчу во языцех. Я понимал, что мы отдаляемся, и однажды спросил прямо. Она не стала отрицать, просила прощения, и попыталась вернуться ко мне. Но через месяц сказала, что не может без него. И ушла в свою ментосферу.

– Она так и не сказала, кто он?

– Нет.

– А вы не спрашивали?

– Я позволил своей жене выбрать, кого любить и с кем быть счастливой, – сжав побелевшие пальцы, ответил Эндор Кан. – Мне было трудно перешагнуть через любовь и эгоизм. Но я не стал бы унижаться и перешагивать через свою гордость.

– Вы в любой момент могли войти в её ментосферу и всё узнать, но ни разу этого не сделали, – с пониманием и долей печали сказал Одиссей.

– Теперь бы я ворвался туда, не раздумывая, и не отступил, пока не выяснил всё до конца, – ответил мужчина. – Но тогда мне даже не приходило в голову, что Ири может что-то угрожать. Её настолько тщательно охраняли и защищали! Я решил: лучшее, что способен для неё сделать – это отпустить.

– Вы идеальный муж, – сказал Фокс, вызвав удивлённые взгляды всех вокруг. – И я не издеваюсь, не преувеличиваю, а констатирую факт. Ирелия пришла к вам мстить за грехи другого человека; она пыталась вас убить, а в ответ вы её спасли. Дали новую жизнь и помогли на пути к успеху. Вы много лет были рядом, любили жену и оставались ей преданы, не пытались заглушить её творчество, навязать ей своё понимание счастья. Но и не отступились, когда она начала отдаляться. Раз за разом вы старались найти конструктивный, жизнеутверждающий подход любящего и взрослого человека. Ирелия тоже пыталась: отвечать на ваши чувства, идти с вами рука об руку, просто жить. Но раз за разом эти попытки терпели крах.

Миллионер и красавец побледнел, черты его лица болезненно заострились, а глаза блестели, будто усталые звёзды в прорезях гипсовой маски, которая вот-вот расколется от внутренней боли. Одиссей смотрел на него открыто и прямо, словно говоря: я вижу правду, и правда на вашей стороне.

– После вашего рассказа у меня возник закономерный вопрос: кого Ирелия могла предпочесть такому мужчине? Кого она могла полюбить сильнее вас?