Читаем Миллион миров полностью

— Готовы результаты атмосферной пробы, — сообщил Ворчун. — И что с ними делать?

— Сравнить с атмосферограммами всех известных миров, — ответил Одиссей.

— Хм. Занятно.

— Что? — нетерпеливо спросила Ана. — Ты нашёл мир-родину Левиафана?

— Я нашёл… сто семнадцать миров. С одинаковой атмосферой и очень схожей биосферой.

— Это невозможно, — вырвалось у девушки. — Как на разных планетах может быть идентичная… А-а-а.

— Век живи, век получай обновления, — удивлённо сказал ИИ. — Оказывается, у этого явления есть название: «Иксарский феномен». Сто семнадцать миров были терраформированы в разные эпохи неизвестной расой, её останки встречаются в разных местах галактики, но родной мир так и не нашли. Он получил название «Мир Икс», а расу называют «иксар». Они вымерли, не потеряйте сознание, четырнадцать с половиной миллионов лет назад.

В операционной воцарилась тишина. Только смешно булькало внутри взволнованной Жель, в быстром темпе производившей и качавшей вещества.

— И перед нами один из четырёх последних кораблей Иксара, — тихо сказал Фокс. — Живых кораблей, которые проводят десятки тысяч лет в поиске, а когда находят подходящую планету, опускаются, чтобы там умереть. И своим телом, набитым мириадами микроорганизмов, посеять биосферу, которая терраформирует планету и сделает её одним из миров Иксар.

— Я знала, что это удивительное создание, — в чувствах шмыгнула доктор. — Но что настолько…

— Как ты догадался? — тихо спросила Ана.

— Существа, рождённые в космосе, не дышат, им атмосфера не нужна. Ясно, что Левиафан появился на какой-то из планет. Но как планетарная форма жизни может эволюционировать до дальних космических перелётов? Я не могу представить ход эволюции, который к такому привёл. А ещё Левиафан несёт собственный воздух, умеет создавать искажения и делать сквозь них гигантские струнные прыжки.

Одиссей улыбнулся.

— Конечно, это может быть только искусственное существо. Живой корабль. Но нулевой отклик на тест разумности и нулевая реакция на все происходящие события, плюс данные первичных просвечиваний — не обнаружили никого «на борту». Тогда вопрос, какой корабль путешествует без экипажа? Разведчик, транспортник, камикадзе? Я пытался думать об этом, пока шли события…

— Ты же был без сознания.

— Бессознательное не спит. Мне приснился ответ: величавый живой корабль плывёт далеко-далеко, без единого пассажира, к неведомой цели. Несёт ценный груз, исследует звёзды или падает на планету, уничтожая её… Я смотрел видение за видением, они чередовались всё быстрее, пока не слились в одно. Разведчик, транспортник, камикадзе… а может, всё сразу? Корабль-семя, который должен отыскать мир и засеять его собой.

Ана поёжилась, это был сильный образ.

— А харзаи охотились на них и убивали на мясо.

— Не только на мясо. Убив и разделав первого странника, они поняли, что это биоконструкт. В нём есть нечто очень ценное, технология, ради которой харзаи готовы пойти на жертвы, чужие и свои. И они начали охоту за вторым.

— Раньше я хотела отдать им Левиафана, чтобы спасти их народ, — сказала Ана. — Но теперь не хочу. Он и правда важнее, чем эти убийцы…

Одиссей отрицательно покачал головой.

— Важны все, — сказал он. — Мы должны прекратить войну, найти выход для харзаи и спасти наследие Иксар.

— Битва над планетой заканчивается, — оценила Ана. — Почти все брузеры уничтожены или потеряли боеспособность. Два прямо сейчас берут в плен, ещё три отступили от планеты… но деваться им особо некуда. Они вряд ли могут покинуть систему без материнского корабля.

— Но кинетическая блокировка скоро истощится. И как бы не потрепало остатки их боевого флота, флагмана харзаи достаточно, чтобы сокрушить крабитян. Чтобы этого не допустить, нам нужен решающий козырь.

— Где же его взять?

— Внутри Левиафана.

Пауза, все пытались понять логику, которая привела к такой идее.

— Если это корабль, у него есть шлюз, — подсказал детектив. — Чтобы загружать и выгружать биоматериалы; входить внутрь и лечить корабль, если он поломается или заболеет; чтобы перевозить пассажиров. Должен быть вход. И вполне очевидно, где он.

— Пасть! — воскликнула неравнодушная Жель, которая изучила собранные данные по чудо-зверю уже несколько раз. — Ведь это вовсе не пасть. Странствующее космическое существо не ест ртом: в межзвёздных перелётах есть нечего! Значит, и рта у него быть не должно. Кричит оно, кстати, фильтровой системой на спине, через которую идут все выбросы.

— Да, существо не нуждается в еде, что-то питает его изнутри. А раз так, значит, создатели снабдили Левиафана внутренним источником возобновляемой энергии, — согласился Фокс. — Био-термоядерный синтез или вроде того. Думаю, именно этот источник и жаждут заполучить харзаи. Мы должны взять его под контроль раньше, чем они. Значит, нам нужно лететь внутрь.

— Пасть у него всегда приоткрыта, — сказала Жель, рассматривая уникального зверя, который так её восхищал. — Там интересная многослойная мембрана, я не могла понять, зачем, а это вход!

— Летим киту в пасть, — улыбнулся Одиссей.