Она медленно поднимает веки.

Смотрит на него, потом внезапно обхватывает руками его затылок, притягивает к себе, и их губы сливаются в долгом поцелуе.

– Займемся любовью, Давид, как мы это делали восемь тысяч лет назад, когда тебе был 821 год, а мне 27. Прямо с того места, где мы остановились.

Он цепенеет.

– Что с тобой? Не говори, что ты передо мной робеешь.

– Ну…

– Ты такой симпатичный. И так же смущаешься, как в моем видении.

По ее телу пробегает дрожь.

– Это так возбуждает.

– Ты не думаешь, что…

– Нет, – говорит она. – Я думаю, что наши души хотят встретиться. Как говорят евреи, ты «моя вторая половинка апельсина»…

Она срывает с него одежду и толкает на постель.

– Теперь ты молчи, я буду действовать, а ты доверься мне, как восемь тысяч лет назад. К черту пассивных женщин, которые только уступают натиску мужчин, согласись с тем, что я беру на себя инициативу, увидишь, тебе понравится.

Она покрывает его всего поцелуями, потом раздевается сама. И он ощущает, как его кожа сливается с ее кожей, и они становятся единым осьминогом с восемью конечностями.

Она ведет себя резко, и, если бы он не был мужчиной, у него сложилось бы впечатление, что она заставляет его заняться любовью.

Так и есть, феминизм к этому и привел: роли переменились.

Она кладет его руки себе под колени и жадно целует его в губы. А потом рассыпает сотни поцелуев по всему его телу.

Он закрывает глаза и после небольшого сопротивления отдается ее власти и улыбается все шире и шире.

98.

Я помню.

В моих недрах, на глубине 3000 метров, на Южном полюсе трое моих последних первых людей – Аш-Коль-Лейн, Инь-Ми-Янь, Кетц-Аль-Коатль – молча работали.

Когда в пирамиде шаман начертил первый эскиз, незаконченный черновик этой фрески, которая, к несчастью, была погребена во время исчезновения их острова, трое моих последних людей смогли очень тонко и подробно вырезать более полную версию истории своей цивилизации.

Конечно, в это время я все еще была озабочена возможным появлением какого-нибудь массивного астероида с окраины Вселенной. Однако мой страх переместился в другое место.

Опасность не волновала меня, как прежде.

Впервые я беспокоилась об этих трех человеческих существах.

Я думаю, что, если Луна вызвала у меня страх, если жизнь заставила меня составить план, люди дали мне глаза, чтобы открыть Вселенную вокруг меня, а мини-люди дали мне ракеты, чтобы воздействовать на астероиды, взрывая их прежде, чем они приблизятся, то эти три последних выживших научили меня… сопереживанию.

Впервые это не были просто представители вида, который меня беспокоил, но индивиды с именами и личной историей, и я захотела их спасти.

Не могу сказать, что я полюбила их, но почувствовала свой долг по отношению к ним, долг творца по отношению к своим творениям.

Разве не я устроила однажды встречу примата с бородавочником, после которой появился гибрид свинопримат, который позже назвали человеком?

Время восстановления

99.

ГОДОВЩИНА. Ровно год назад, день в день, час в час, родилось государство Микроленд. Напомним, что в то время Великие находились в политическом, экономическом и военном тупике, и именно благодаря вмешательству микролюдей, отряду из восьмисот амазонок Эмчей, использовавших летающие тарелки (военные дроны, переделанные специально для этого случая), удалось избежать третьей мировой войны. Они находились также и в экологическом тупике, и только благодаря пожертвовавшим собой Эмчам атомная станция на Фукусиме в Японии не взорвалась. И через несколько месяцев в знак благодарности ООН единодушно проголосовала за создание независимого государства Микроленда.