Читаем Микролюди полностью

По прошествии времени надо признать, что человек, который сделал больше всех добра своему виду, кто объективно спас больше всех человеческих жизней, это Игнац Земмельвейс.

Действительно, этот венгерский врач-акушер первым предложил врачам и акушеркам мыть руки перед тем, как помогать женщинам при родах. До него считалось нормальным, что в больницах 12 % женщин умирали от родильной горячки, это считалось фатальным. В то время во Франции даже полагали, что эта горячка вызывается холодом или влиянием Луны. Вот его история.

В 1846 году доктор Игнац Земмельвейс становится врачом – ассистентом акушерского отделения общей больницы в Вене. Когда умирает его друг профессор анатомии Якоб Колетчка, у него создается впечатление, что сами врачи, лечившие Якоба, на своих грязных руках занесли ему зараженные частички, что его и убило.

В то время микробы еще не были открыты, и Земмельвейс говорил о «невидимом яде». Чтобы бороться с ним, он предложил мыть руки хлорной водой. С 1847 года в отделениях, которыми он заведовал, стали следовать его рекомендациям и увидели, что смертность снизилась с 12 % до 2,4 %.

К тому же Земмельвейс предписывал всем врачам мыть руки после работы с трупами прежде, чем они подойдут к роженицам.

Как только стали следовать его рекомендации, уровень смертности упал в его отделении до 1,3 %.

Однако его успех вызвал зависть, а потом и ненависть коллег. В Вене он становится предметом многочисленных насмешек, а его предложение мыть руки считают «еврейским религиозным предрассудком» (в Торе действительно предписывают мыть руки, прежде чем приступить к лечению). В остальной Европе Земмельвейс тоже не получил никакой поддержки и также стал предметом насмешек, несмотря на неопровержимые результаты.

В конечном счете он был изгнан из венской клиники, а в родильный дом в Будапеште его взяли только с условием, что он забудет о своих глупостях с мытьем рук.

В 1865 году, когда он хочет представить эту тему в Будапештском университете, его арестовывает полиция. У него начинается нервная депрессия, и собратья по профессии запирают его в психиатрическую лечебницу. По свидетельствам того времени, Земмельвейс и там оставался приверженцем мытья рук, что очень раздражало его лекарей, а санитары его регулярно избивали. Высшая ирония судьбы – после одного особенно жестокого избиения у него были многочисленные открытые раны, и врач, который их обрабатывал, не вымыв рук, внес ему инфекцию, та перешла в гангрену, и он скончался в страшных мучениях.