Читаем Микролюди полностью

Какой же я глупец. Теперь они проведут параллель между МЧ и муравьями, и у них будет дополнительный предлог отклонить мое предложение целиком. Если они неспособны признать гуманоидов ростом 17 сантиметров, что же говорить о существах в несколько миллиметров с лапками и усиками. Я забыл, к кому обращаюсь. Это же не ученые, это даже не любознательные умы, это политики, и все в них нацелено только на их личную власть. Что же делать? Тем хуже, у меня уже нет выбора, надо продолжать.

Он делает еще один глоток воды и продолжает:

– Как я вам уже сказал, муравьи опережают нас на 113 миллионов лет. И это должно внушать нам скорее уважение, чем презрение, не так ли? Это старший вид, происходящий из глубокого прошлого, и он показывает нам, как мы можем эволюционировать в будущем. Это не человеческие существа, но существа земные.

Зал встречает его слова насмешками на языках, которые он не понимает, некоторые представители свистят и улюлюкают.

Он ждет, когда раздраженные слушатели успокоятся, затем произносит:

– Если только у вас не настолько ограниченное сознание, что вы судите существа по их физическому виду, например по росту.

Свист и насмешки раздаются теперь по всему залу.

Я проигрываю. Но не сдамся.

– Возможно, микролюди – это промежуточная стадия между большим эгоистичным человеком и маленьким солидарным муравьем.

В этот момент меняется освещение, и задние ряды зала становятся виднее. Человек, который первым возразил Давиду, оказывается представителем Австрии. Он направляет на оратора обвиняющий перст.

– С той разницей, – восклицает он, – что ваши промежуточные существа между человеком и муравьем не имеют ничего естественного и что они получены из пробирки! Как любой гаджет или химический продукт.

– Вот наконец-то настоящий довод. Вы их отрицаете, потому что они являются «нашими» же творениями. Это показывает уважение, с которым мы относимся к нам самим и к тому, что создается нашим воображением и трудом.

– Вы, доктор Уэллс, новый доктор Франкенштейн!

Шум в зале показывает, что мнения разделились.

Председатель Авинаши Сингх стучит молотком, призывая к тишине.

– Дайте нашему оратору высказаться до конца, прошу вас!

Постепенно зал смолкает.

– Можете продолжать, доктор Уэллс.

– Сегодня я призываю вас подумать о нашем будущем. Сейчас рефлексия заменяется рефлексом. А он всегда мотивируется одним: страхом. Преодолейте ваше недоверие к неизвестному, к новому, современному, к эволюции. Будущие поколения обязательно вспомнят об этом голосовании и будут вас судить. Если вы не воспользуетесь уникальной возможностью, которую я вам предоставляю, в памяти ваших детей и внуков вы останетесь такими же ретроградами, как те, которые когда-то отказывались признавать людьми рабов, чужеземцев и женщин.

Зал разражается оскорблениями и обвинениями на всех языках, которые он не понимает. Давид пытается собраться.

Я должен донести это послание до конца, что бы ни случилось. Во имя дела, начатого моим прадедом и продолженного моим отцом. Для будущих поколений. Для будущего микролюдей.

Нельзя опускать руки. Надо высказать все до конца.

Авинаши Сингх стучит молотком, требуя тишины.

Давид наклоняется к микрофону:

– Я пришел сюда просить вас официально изменить взгляд на тех, кого мы сейчас называем микролюдьми, а могли бы признать себе подобными. Я прошу вас проголосовать за то, чтобы их не только признали полноценными человеческими существами, но и дали бы им право жить в независимом государстве, в безопасности от тех, кто захотел бы покуситься на них. Я прошу вас проголосовать за появление 200-го государства, настоящей родины для микролюдей, родины-святилища, куда никто не мог бы прийти и причинить им вред. Двести наций, прекрасная круглая цифра. – Он переводит дух, сердце у него сильно бьется. – С высокой трибуны этого благородного собрания представителей наций нашей планеты я не говорю: «На нас смотрят прошлые цивилизации», но я говорю: «Будущие поколения будут нас судить». Не разочаровывайте их. Опережайте в ментальности своих предков. Мы в ответе не перед нашими родителями, а перед нашими детьми.

Генеральный секретарь ООН Авинаши Сингх делает оратору знак заканчивать выступление.

– Я благодарю вас за внимание, – говорит Давид, не зная, как иначе закончить речь.

Аплодисменты не следуют, зал снова со всех сторон наполняется гулом.