Читаем Мифы окаменелостей полностью

Такую практику никто не изучал даже для ближайшего времени. Хотя в европейских газетах и заметках краеведов их можно найти, конечно, не меньше, чем для Российской империи. Впрочем, для наших целей хватит нескольких случайных историй, которые показывают, что во всем мире к окаменелостям далеко не всегда подходили с суеверным трепетом.

В пустынном штате Вайоминг, где мало дерева и камней, ковбои сложили хижину из костей динозавров[725]. Жившие там же индейцы собирали костяные щитки панцирного динозавра завропельты (Sauropelta) и жарили на них сосновые шишки. Щитки завропельты крупные и плоские, не крошатся в огне и выдерживают высокую температуру, лучшей сковородки в округе не найдешь. Другие индейские племена обкладывали костями динозавров кострища[726].

В Мексике недалеко от Монтеррея из высокого берега реки несколько лет назад высунулся бивень. Жители принялись вешать на него одежду во время купания. Никакого фольклора, чистая прагматика. Позже кости выкопали и выставили в местном музее[727]. Они принадлежали мамонту.

В XIX веке в Алабаме чернокожий раб подобрал кусок позвонка вымершего кита базилозавра и стал использовать как подушку. «Я вошел в бревенчатую хижину одного из рабов и не мог удержаться от смеха, когда увидел, что один из самых черных сыновей Африки растянулся на скромной койке и положил свою кудрявую голову на половину позвонка ужасного монстра древности», — писал коллекционер окаменелостей Альберт Кох[728]. Эта история менее известна, чем упомянутый выше рассказ про кости падшего ангела, за которые такие же позвонки приняли суеверные рабочие с плантации в Алабаме.

Польский сапожник приноровился сидеть на черепе ископаемого быка: опрокидывал его, чтобы обломанные основания рогов и носовая кость служили опорами, и, «восседая на таком оригинальном треножнике, долго снабжал своих ближних обувью»[729].

Символичная история случилась в Африке. В конце пермского периода в морях Южного полушария плавали рептилии размером с игуану — мезозавры (Mesosaurus tenuidens). Это были древнейшие позвоночные, которые вернулись к жизни в море. Их остатки послужили знаменитому Альфреду Вегенеру одним из доказательств гипотезы о перемещении материков: кости мезозавров находят в Южной Африке и Южной Америке, сейчас эти материки находятся слишком далеко, чтобы небольшая рептилия могла переплыть от одного к другому через океан. Получается, во времена мезозавров материки находились ближе, а значит, со временем перемещаются.

Первые кости этой замечательной рептилии нашли в начале XIX века: половину скелета на плитке темного сланца. Плитку случайно заметил путешественник в хижине метиса, который прикрывал ею горшок[730]. Теперь бывшая крышка от горшка хранится в Национальном музее естественной истории в Париже. По своему значению она одна из икон палеонтологии наравне с «первоптицей» археоптериксом и «ходячей рыбой» ихтиостегой.

Утилитарное отношение к окаменелостям, вероятно, было самым распространенным, но оно не отразилось в древних источниках. Возле греческого острова Эвбея рыбаки за тысячу лет достали сетями со дна моря не одну сотню огромных костей, но только Дамармен отправился спрашивать про кость в Дельфы — и попал в историю, а заодно устроил свое будущее, вместо рыбака став потомственным жрецом.

Почему бы не предположить, что он специально отправился не к ближайшему оракулу, а к прославленной пифии, чтобы получить нужный ответ? Дамармен прошел полторы сотни километров до Дельф, и вряд ли им двигал страх перед костью. Скорее, он хотел воплотить в жизнь выгодный замысел и стать жрецом при останках какого-нибудь героя. Дамармен мог принести дельфийскому святилищу богатую жертву, и в благодарность пифия признала в большой кости лопатку Пелопа, которая к тому же появилась очень вовремя и должна была спасти Олимпию от эпидемии…

Что случилось с остальными костями, которые вытаскивали из моря менее расчетливые и догадливые рыболовы? Вероятно, их продавали любителям редкостей или подпирали заборы, чтобы козы не разбежались. Античные источники о таких непарадных историях молчат.

Ископаемые остатки беспозвоночных тоже находили разное, подчас необычное применение в быту. Они бывали не только чертовыми пальцами или солнечными колесами.

Острыми кончиками ростров белемнитов девушки-таджички в Памире подводили брови и ресницы, как косметическим карандашом, и накладывали ими искусственные родинки на лицо. Сам ростр, конечно, не красит. Его кончик перед процедурой натирали о кусок графита[731]. Может, так делали и сарматские жрицы? А в грифеях хранили косметический набор красок?

^{Отпечаток небольшой морской рептилии мезозавра. Пермский период. Африка.}

^{Paul Gervais. Description du Mesosaurus tenudiens. Reptile fossile de l’Afrique australe, 1865 / Wikimedia Commons}