Читаем Мифы о России. От Грозного до Путина. Мы глазами иностранцев полностью

В Москве чувствуешь себя совсем в другом мире. Человеческие лица невероятно разнообразны; очень сложно поначалу угадать, кто откуда. Иностранцев в городе оказалось много больше, чем я думал.

Я ожидал увидеть серые улицы центра, но они к моему удивлению оказались широкими, даже очень широкими, и красочными. Я также ждал, что русские окажутся светлыми блондинами — а увидел все возможные типы внешности. Кавказские и сибирские красавицы здесь ходили рядом со светлыми блондинками арктической красоты.

Я заметил, что красавицы на Тверской останавливаются, чтобы покурить, это очень забавно.

Постепенно я понимал, что этот город невероятно велик. Ночная Москва очаровала меня с ходу. Через несколько дней после приезда мы провели вечер в гостях у подруги моей невесты, на юге города, на Каширской. Ее квартира была на 22-м или 23-м этаже старого здания, и я провел половину вечера, созерцая ночную Москву. Впервые я увидел город с такой высоты; каждая маленькая точка света — это было окно, а за окнами — жизнь, миллионы жизней.

Удивительная для французов вещь: круглосуточность Москвы. В любое время дня и ночи можно пройтись по магазинам, поесть или выпить, потусить, просто найти жизнь. Бары и рестораны открыты, есть магазины, которые никогда не закрываются, и даже банки и офисные здания с ночными службами. Часть города живет ночью, и это вечное движение, эти вечно светящие витрины создают впечатление, что Москва полна энергии и жизнь здесь кипит постоянно. В 2007 году я прочел в журнале интервью с французским бизнесменом, который так описал свою первую командировку в Москву: «Это сумасшедший город! Мне назначили бизнес-встречу в два часа ночи с пятницы на субботу! Представляете?» Это правда, что Москва движется день и ночь, как Шанхай или Нью-Йорк.

Во Франции, как и во многих западных странах, строго регламентируется рабочее время, работа ночью и в праздники, а также часы открытия и закрытия магазинов и предприятий. Люди уже давно работают только 35 часов в неделю и имеют право на пять недель оплачиваемого отпуска в год. Овертаймы также регулируются, и закон запрещает большинству магазинов вне туристических регионов работать по воскресеньям.

Зайти после десяти часов вечера в ресторан во Франции — неразумно: кухня уже закрыта, и клиентов не обслуживают. В Москве это обычное дело. В ресторане, в десять часов утра, один клиент завтракает, другой заказывает стейк, а третий пьет пиво. Трудно себе представить такую картину во Франции, за исключением, может быть, Парижа; вообще же стейк в 10 часов утра — это «не принято».

Один из моих друзей, Уго, рассказал мне довольно удивительный, но показательный анекдот. Один из его французских друзей недавно приезжал в Москву из аккуратного старого, богатого и безопасного города в маленькой стране, где царят банки. Этот человек страдает от тревог и неудовлетворенности жизнью без очевидной причины, от скуки, которую считает худшей вещью на свете. Приехав в Москву и встав рядом с домом, он смотрел на автомобили, пролетающие мимо на бешеной скорости, и чувствовал совсем не безопасную атмосферу. Парадоксально, но этому человеку сразу полегчало в непредсказуемом и более опасном городе. Человек почувствовал в этом мегалополисе, который часто называют серым и мрачным, глубокое чувство благополучия и свободы. Москва подарила ему второе дыхание — и человеку это настолько понравилось, что он решил переехать туда.

В Москве я ездил на метро в течение четырех лет, в худшее время дня. Все туристы видели красоту старых центральных станций метро, футуристическое очарование новых, пользовались быстрыми и бесконечными эскалаторами и старыми шумными вагонами и дивились на бабушек-контролеров в кабинках. Туристы не видели московского метро в час пик, когда оно превращается в огромный муравейник. По галереям циркулируют миллионы крошечных муравьев, которые работают, поддерживая огромного монстра — Москву. Каждое утро плотные толпы штурмуют эскалаторы, коридоры и поезда, которые проходят в ускоренном темпе — почти каждую минуту. В этом человеческом водовороте невозможно действовать самостоятельно. Каждый должен пассивно двигаться со скоростью толпы. Не существует ни одного квадратного сантиметра пространства для тех, кто хочет замедлиться или ускориться.