Юрий Веремеев

Мифы и правда о плане «Барбаросса»

Предисловие

В этой книге я представил все записи генерала Гальдера, относящиеся к России, начиная с 3 июля 1940 (до этой даты нет ни единой записи о России) по 21 июня 1941 года (на следующий день началась война, и вопрос подготовки к ней отпал).

Конечно, читать эти гальдеровские часто малопонятные, обрывочные, сухие записи конспективного характера куда как нуднее и скучнее, чем увлекательные, написанные простым, понятным и звонким языком творения Дроговоза, Коротича, Резуна, Зефирова и им подобных, где все элементарно разъяснено, разложено по полочкам, сдобрено вкусными эмоциями; где не надо раздумывать, анализировать, мучительно вытаскивать из памяти (особенно если там в ней и нет ничего), что ты знаешь о событиях этого периода. Только ротик раскрывай и послушно глотай, запоминай. И готово – у тебя есть определенное, твердо уложенное в ячейку памяти мнение. Не надо напрягать свой мозг, анализировать, сомневаться, путаться в противоречиях мнений, ползать по картам, разыскивать истину.

Вот только не окажется ли потом, что снова вас обманули, вложили вам в голову ложные истины? Ведь мы все уже это проходили в советские времена. Только вместо компартийных агитаторов этим же самым, только в противоположную сторону, занимаются демпартийные. И, если первые хоть старались воспитать в нас патриотизм и любовь к Родине, то вторые стараются просто и похабно разрушить в нас все русское. Так что еще неизвестно, кто лжет страшнее и разрушительнее.

Я же предлагаю просто ознакомиться с тем, что писал тогда и для себя один из главных участников тех событий. А чтобы не считать, будто я тоже пытаюсь навязать вам свое мнение, то текст, выделенный курсивом, можете пропускать и не читать, поскольку там изложено мое субъективное и, возможно, неверное мнение. А Гальдера читайте внимательно и делайте свои собственные выводы.

Дело в том, что в 90-е годы в российской демократической военно-исторической и околовоенно-исторической литературе в сознание массового читателя активно стал внедряться тезис о том, что виновником войны между СССР и Германией является не Гитлер, а Сталин, что именно Советский Союз готовил крестовый коммунистический военный поход в Европу с тем, чтобы насильственно установить коммунистические режимы в странах Европы, и Германии было суждено стать первой крупной жертвой «кровавых устремлений кремлевского диктатора». Что у Гитлера не оставалось иного выбора, как активно готовиться к противоборству с «азиатско-еврейскими ордами большевиков», так сказать, спасать Европу и весь мир.

В подтверждение этого тезиса используются любые самые косвенные, самые туманные и неопределенные сведения от каких-то, от кого-то и где-то услышанных рассказов и писем до пресловутого плана «Гром». И в зависимости от степени вероятности получить ту или иную сумму зелененьких портретов американских президентов, авторы таких писаний как максимум доказывают, что, собственно, первые выстрелы сделали вовсе не немцы, а красноармейцы, как минимум признают, что напал-то Гитлер, но с сугубо оборонительными целями, и он лишь на считанные дни или часы упредил Сталина.

Особенно изощряется в таких доказываниях некий Виктор Суворов (В. Б. Резун). Как на убедительнейшее доказательство, он ссылается на какое-то предвоенное письмо некоего младшего лейтенанта Виктора, якобы найденное немцами в кармане плененного ими сына Сталина Якова. И якобы этот Виктор похваляется, что ему предстоит «прогулка» в Берлин. Самого этого письма, кстати, так никто и не видел.

Более серьезные «исследователи» потрясают неким планом «Гром», якобы разработанным в недрах Генерального штаба РККА в мае 1941 года, рисуя на страницах прессы мутноватые карты с жирными красными стрелами, устремленными в сердце Германии, умалчивая скромно при этом, что сей план (кстати, не имеющий никакого кодового обозначения) представляет собой всего лишь несколько листов писчей бумаги, заполненных от руки заместителем начальника оперативного отдела Генштаба РККА генерал-майором Василевским и никем не подписанные, не завизированные и даже не учтенные как документ (первый и единственный штамп учета в секретном делопроизводстве датирован 1948 годом!). Заметим, что весной 41-го Василевский не был тем знаменитым и вторым по значимости маршалом после Жукова. Это был всего-навсего заместитель начальника одного из отделов Генштаба, т. е. фигура весьма малозначительная, которому можно поручить среди многих возможных вариантов развития событий набросать и такой вариант: «А что могло бы получиться, если бы мы напали бы первыми», что вовсе не означает поручить разработку плана агрессивной войны.