Читаем Место под солнцем полностью

Как же ей добраться до мамы Сюзетты – Лениты Сёдерстрём?

Может быть, она активистка какого-нибудь общества или движения? Может быть, у нее есть страничка в Сети?

Она вернулась к компьютеру и набрала имя в Гугле.

Ссылка была одна, но очень ясная.

Ленита Сёдерстрём, Фейсбук.

Анника вошла в Фейсбук и открыла страницу, но та была на испанском языке. Слева на экране появилась фотография светловолосой женщины. Анника сменила язык и заставила страницу заговорить по-английски.

Sign up for Facebook to connect with Lenita. Already a Member? Login![8]

Анника выбрала пункт «Отправить сообщение».

Выпала страница с анкетой, которую надо было заполнить.

Для того чтобы войти в контакт с Ленитой Сёдерстрём, надо было зарегистрироваться на сайте.

Да, она слышала эти легенды о Фейсбуке, слышала, что надо здорово попотеть, чтобы в нем зарегистрироваться, слышала, какого труда стоит сидение в Фейсбуке целыми днями. Люди подсчитывали, сколько у них «друзей», соревновались в их количестве и очень расстраивались, если кто-то смог их «переплюнуть». Она сама прекратила играть в эти игры, когда ей было восемь лет.

Но чем черт не шутит, подумала она и начала заполнять нужные поля.

Она написала свое имя, отметила, что работает на предприятии, записала свой день рождения, адрес электронной почты и набрала пароль. Потом поставила галочку в окошке, что прочитала условия пользовательского соглашения, чего на самом деле, конечно, не сделала, и нажала кнопку «Подписаться».

Пока все было довольно легко.

«Подтвердите ваш электронный адрес».

Так, что-то было непонятно с первого раза?

Она нажала на кнопку «Перейти в hotmail».

Там, во входящем сообщении в папку annika-bengtzon@ hotmail.com, находилась ссылка, по которой надо было перейти.

В окне всплыл новый текст:

«Добро пожаловать, Анника! Ваш аккаунт создан».

Она нажала клавишу «Поиск друзей», записала в поле «Ленита Сёдерстрём» и получила бланк прямого сообщения матери Сюзетты.

Анника написала, кто она и что хочет пообщаться с Ленитой и Сюзеттой, и это очень важно и срочно. В конце Анника написала номер своего мобильного телефона.

Как же это сложно – связаться с нужным человеком, раздраженно подумала Анника, когда ей пришлось заполнить поле проверки безопасности, прежде чем отправить сообщение.

Затем взглянула на часы.

Если она хочет успеть перекусить до того, как гольф-клуб принесет дань скорби своему погибшему члену, ей надо поторопиться.

* * *

– Это здесь, – сказала Карита Халлинг Гонсалес. Анника проехала поворот, затормозила и остановилась возле контейнеров для стеклянного и пластикового мусора. Облака немного рассеялись, и сквозь них кое-где пробивалось солнце. Она заперла машину и посмотрела на небо.

Перед входом на стоянку гольф-клуба развевались на флагштоках четыре флага: испанский, андалузский, шведский и флаг с золотисто-красно-зеленой эмблемой на белом поле.

– Что делает здесь флаг ГАИС? – спросила Анника. Карита, прищурившись, задрала голову, но продолжала внимательно смотреться в маленькое зеркальце, которое держала в руке.

– Что делает… что? – спросила она и достала из сумочки губную помаду в золотистом пенале.

Анника ткнула пальцем в сторону флага:

– Вон тот, последний. Владелец был «макрелью»? Переводчица посмотрела на флаг и недоуменно взглянула на Аннику.

– ГАИС – это футбольный клуб в Гётеборге. Его болельщики называют себя «макрелями».

– Да, Перси Нильссон продал эти поля четырем шведам. Кто-то из них наверняка был названной тобой рыбой. Вход там.

Карита сунула губную помаду в сумочку. На этот раз она была серебристой.

К тяжеловесному подъезду, обрамленному огромными апельсиновыми деревьями, вела кирпичная лестница. Анника открыла дверь и потянула ее на себя.

– Значит, вот как богатые это делают, – сказала она. – Болтают о бегстве от реальности.

Перед Анникой раскинулась широкая мраморная терраса. Несколько крупных рыб неторопливо плавали в искусственном озере. Светло-зеленая травяная поверхность простиралась до самого горизонта, гладкая, как женские ножки на рекламе. Маленькие машинки ездили вокруг поля по темнорозовым цементированным дорожкам. Аккуратно подстриженные мужчины в темно-синих куртках, наброшенных на белые пикейные рубашки, по-хозяйски оглядывали поле.

– Ты знаешь этих людей?

Карита Халлинг Гонсалес указала на женщину средних лет и более молодого мужчину, которые, перешептываясь, смотрели в их сторону.

Мадридский корреспондент конкурентов и ее фотограф.

– Я знаю, кто они, – пояснила Анника, – но они меня пока не знают.

Из дневной газеты, подумала она, но ничего не сказала. Карита, скорее всего, слабо разбиралась в шведских СМИ. Не было никаких оснований рассказывать ей об объятиях у входа в ресторан «Железо» в Старом городе Стокгольма.

Дверь за их спиной с шумом открылась, и их окружила группа людей, мгновенно заполнивших террасу. Стиль их поведения и фасон одежды не оставлял никаких сомнений в том, кто это такие, настолько резко отличались они от гостей клуба.

– Это тоже твои коллеги?