Читаем Места полностью

Места

Ясно дело, что по мотивам не любой поэзии можно писать. Но и ясно, что к поэзии, послужившей мотивом к написанию этих опусов, они имеют весьма условное отношение. Но что же их тогда связывает? Трудно сказать. Зачастую — просто удачно и вовремя брошенный взгляд на прилавок, где долго, не привлекая ничьего внимания, пылилась эта книжонка. Я не хочу сказать, что эти стихи не имели, кроме меня, иного читателя (хотя так хотелось бы), но мое прочтение, по определению данного труда, есть наиболее пристальное и пристрастное. Оно есть сильное толкование. То есть такое толкование, которое зачастую мало что оставляет от толкуемого материала.

1v| o3958 Вот и сошлось две подруги На просеке, как листа Белизна Нетронутая Но мы не любили друг друга Я гордой была, ты — проста Была Но я гордой была по-простому А ты простою была, но истому Гордости Прочитывала я на твоём лице1v| o3959 Нагие обовьём друг друга Как спирали Но я тебя не вижу, ты так туго Скручен Вниз головой, как Пётр — сначала Тебя ещё я различала По пульсу А после — после по причине Понятной Тебя уже в своей вагине Различала лишь Обнаружила Различила1v| o3960 Какою-то силой несома При позднекитайской луне Бывает вот так хромосома Опомнится тихо во мне И вскинется где-то под кожей В тиши: Я хочу быть такой же Как она — Но ведь ты же малюсенькая! — А я вырасту! — Тогда и поговорим1v| o3961 Когда лимонная луна Нависнет над собачьей миской И вдруг увидит: пусто, склизко А где собака? — Так она Давно уже сошла с ума Тебе разве не передавали? — Нет. Жаль. Хорошая была собака. — Да уж, действительно хорошая1v| o3962 Их муки вечные не ждут Сволочей Привыкших Спокойны их сердца Посткоммунистические Да, им к лицу их подлый труд — До кончиков конца Их! Ишь — Раскраснелись даже1v| o3963 Бесстыдные немыслимые вещи С улыбкою мне шепчет по ночам Он! — Кто? — Не знаю И груди топчет и рукою ищет! — Что ищет? — Да противоположное очам! — А что очам-то противоположное? — А и сказать не могу! — Почему же это? — Стыдливая я1v| o3964 Два чёрных яда, сладкие на вкус Я знаю их, но путаю упорно — Один из них как Плотиновый Нус Другой из них пустой и просто чёрный Но оба страшно ядовитые Однако для меня безвредные А вот ребёнок в руки их берёт Тихо! — Посмотрим же, какой он изберёт1v| o3965 Стояли тихо у дверей В вечерний поздний час Как тени И шустрый маленький еврей Как мышка между нас В дом прошмыгнул Вот я сейчас его кнутом! — О ком ты? — Я о том Еврее! — Каком еврее? — Ну, что в дом прошмыгнул! — Да ты путаешь что-то

По мотивам поэзии Дубинчика

Лондон 1995

Предуведомление

Вот еще один камень в основание того благостного времени, когда поэты, как последние из способных на то людских особей (так положено, полезно и осмысленно — их взаимоотталкивание и противостояние как символ и явление предельной человеческой самости в ее предельном напряжении самопознания и становления), возлюбят друг друга и писания друг друга. И станут всматриваться в чужие слова, пытаясь их постичь и преобразовать в свои. Когда письмо станет не коллективным, а соборным — письмом одного общего текста, с малыми вариациями в виде ныне вам представляемых, в жанре «по мотивам поэзии…»

Перейти на страницу: