Читаем Менжинский полностью

«Получив задание от Ленина, — вспоминал Н. П. Горбунов, — мы вдвоем с тов. Осинским (Оболенским В. В.) на автомобиле поехали в Госбанк… Мы производили приемку денег на счетном столе под взведенными курками солдат военной охраны банка. Был довольно рискованный момент, но все сошло благополучно. Затруднение вышло с мешками для денег. Мы ничего с собой не взяли. Кто-то из курьеров, наконец, одолжил пару каких-то старых больших мешков. Мы набили их деньгами доверху, взвалили на спину и потащили в автомобиль…»

Вечером в Смольном Менжинский вместе с Оболенским, Бонч-Бруевичем, Горбуновым вскрыли опечатанные мешки с деньгами, составили и подписали акт о том, сколько денежных знаков, каких купюр и на какую сумму находилось в каждом мешке. Особым постановлением Совнаркома был установлен порядок хранения и пользования этими деньгами.

Из этих денег была выплачена и первая заработная плата руководящим работникам Наркомата финансов, в том числе и наркому Менжинскому. В Центральном партийном архиве хранится интересный документ — заявление В. Менжинского, Д. Боголепова, В. Оболенского, Д. Соловей и А. Аксельрода в Совет Народных Комиссаров:

«Нижеподписавшиеся, представители Комиссариата финансов обращают внимание Совета на необходимость срочного разрешения вопроса о назначении и уплате жалования членам комиссариата, которые почти все находятся в безвыходном финансовом положении. Проведение этого расхода по ассигновкам министерства в ближайшем будущем в связи с саботажем чиновников невозможно. Оно также и не всегда желательно: в некоторых случаях необходимо оставлять техников дела на постах, которые они занимали раньше, и ставить рядом с ними комиссара для политического контроля. Поэтому указанный расход должен быть произведен из пятимиллионного фонда Совета Народных Комиссаров».

Ленин на этом документе написал: «Утверждается в засед. Совета 23.XI». Есть на документе и еще одна помета: «в. п. 10 протокола». В этом пункте решения Совнаркома от 23 ноября записано: «Утвердить просьбу комиссаров в обычном размере». Ставки наркомам были установлены постановлением Совнаркома в размере 500 рублей плюс 100 рублей на каждого иждивенца.

Так с 17 (30) ноября 1917 года «начала функционировать советская казна».

С этого дня Советское правительство получило возможность субсидировать через Госбанк нужды промышленных предприятий, местных Советов. Уже в воскресенье, 19 ноября, Совнарком обсуждал вопросы, связанные с распределением денег через Госбанк. Было решено срочно перевести 100 миллионов рублей для пополнения московской конторы банка. На следующем заседании Совнаркома 20 ноября Менжинский предложил всем наркомам прислать в Наркомат финансов своих представителей для обсуждения вопроса об ассигнованиях на нужды наркоматов.

Кроме Государственного банка, в финансовом ведомстве царского правительства существовали еще Государственный дворянский земельный банк и крестьянский поземельный банк. Первый был основан в 1885 году. Он выдавал дворянам-помещикам кредиты на льготных условиях. В этом банке помещики могли также на льготных условиях закладывать свои земли. Помещичьи имения, которые были заложены в банке, при утрате владельцами прав на них могли быть проданы или сданы в аренду только дворянам.

Через крестьянский поземельный банк помещики могли часть своей земли продавать на выгодных для себя условиях сельской буржуазии. Этот банк царское правительство, особенно после столыпинской реформы, использовало для насаждения кулацких хуторских хозяйств.

Советскому рабоче-крестьянскому государству, отменившему частную собственность на землю, оба эти банка были не нужны. На одном из первых заседаний Совнаркома, 25 ноября 1917 года, Менжинский внес предложение об их упразднении. Совнарком принял декрет об упразднении дворянского земельного и крестьянского поземельного банков, возложив ликвидацию их дел на Государственный банк. Таким образом уничтожалась главная экономическая база господства помещиков и кулаков.

Упразднение этих банков и овладение Государственным банком означало, что первая позиция в финансовой цитадели старого общества была взята. Предстояла борьба за овладение второй позицией — национализация частных банков.

«Банки, — говорил Ленин на III Всероссийском съезде Советов в январе 1918 года, — это крупные центры современного капиталистического хозяйства. Тут собираются неслыханные богатства и распределяются по всей громадной стране, здесь — нерв всей капиталистической жизни. Это тонкие и сложные органы, они выросли веками, и на них направлены были первые удары Советской власти, которая встретила сначала отчаянное сопротивление в Государственном банке. Но это сопротивление не остановило Советской власти. Нам удалось основное в организации Государственного банка, это основное в руках рабочих и крестьян, и от этих основных мер, которые еще долго придется разрабатывать, мы перешли к тому, чтобы наложить руку на частные банки»»[13].