В обзоре важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1902 год, сообщалось, что СПБ «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» «…благодаря умелому выражению современных задач привлек в свои ряды массу интеллигентной молодежи…

Произведенные в конце 1901 года в Петербурге и Вильне аресты главных представителей русской группы сообщества «Искра» на некоторое время прекратили ее деятельность. В феврале же 1902 года были получены достоверные указания на то, что оставшиеся на свободе члены упомянутой организации вновь сгруппировались, поставив своей целью широкую и энергичную агитацию…» Дознанием установлено, что осенью состоялся съезд представителей «Искры» и других социал-демократических групп, на котором собравшиеся делегаты пришли к соглашению относительно объединения всех социал-демократических фракций в одну партию с принятием для нее общей программы «Искры».

Руководители петербургской общегородской организации были достаточно хорошо законспирированы, и охранке не удалось узнать их имен.

Процесс объединения социал-демократических кружков и групп, стоявших на платформе «Искры», в единую партийную организацию, который так беспокоил охранку, продолжался. В июле 1902 года состоялось общегородское собрание социал-демократов. Собрание единодушно поддержало программу «Искры» и создало комиссию по реорганизации «Союза борьбы».

Огромную роль в строительстве партии, в борьбе с оппортунистами-экономистами, оказавшимися в «Союзе борьбы», сыграла книга Ленина «Что делать?», изданная в марте 1902 года в Штутгарте.

Как и многие другие революционеры-марксисты, Менжинский не только сам перечитывал эту книгу, задумывался и размышлял над ней, о чем свидетельствуют его многочисленные пометки на нолях — восклицательные знаки, подчеркивания, — но и пересказывал ее содержание в кружках, которыми руководил.

Особенно сильное впечатление на Менжинского произвели слова Ленина, о которых он впервые услышал от Стасовой. Слова о том, что без профессиональных революционеров дело никогда не двинется ни на вершок вперед.

Вячеслав Менжинский принял решение связать свою судьбу с пролетарской партией и стать профессиональным революционером. Профессиональный революционер — руководитель рабочих масс, отличающийся высокой сознательностью и дисциплинированностью, глубокой принципиальностью, беззаветной преданностью делу революции, мужеством и отвагой в борьбе с врагами рабочего класса, умеющий подчинить свои личные интересы, интересы семьи интересам партии, готовый на скитания по нелегальным квартирам, по тюрьмам и каторге.

Решение стать членом партии, профессиональным революционером Менжинский принял в момент, когда только что устроилась его семейная жизнь. 23 августа 1902 года Менжинский вступил в брак с двадцатилетней Юлией Ивановной Бурзи.

Через три недели, 15 сентября того же 1902 года, Петербургский комитет оформил принадлежность Менжинского к РСДРП. А вскоре Петербургский комитет направил его на работу секретарем партийного комитета Невского района, то есть на такую работу, которая поручалась профессиональным революционерам.

Глава четвертая

В феврале 1903 года партия направляет Менжинского как представителя «Искры» в Ярославль. Перед отъездом Менжинский сменил место службы и прописки в Петербурге, 14 февраля он прописался по новому адресу, в доме № 11 по Финляндской улице, как помощник присяжного поверенного. А через неделю, 21 февраля, был уже в Ярославле. Смена места службы и домашнего адреса преследовала цель сбить со следа охранку, если та почему-либо уже начала интересоваться его личностью.

В Ярославле Менжинский остановился в гостинице «Коммерческая». Сдал на прописку паспорт и пошел знакомиться с городом. С Волги дул резкий ветер, мела поземка. Набережная была малолюдна.

Менжинский побывал и в старинной ремесленной слободе, так называемых «Коровниках». Долго любовался архитектурным ансамблем, образуемым церквами Иоанна Златоуста и Владимирской, между которыми высоко вонзилась в небо стройная колокольня, названная ярославцами «свечой». В высоте со «свечой» соперничали Сферичные трубы.

— Над берегами Волги и Которосли прошумели девять реков.

К началу двадцатого столетия Ярославль стал одним из крупнейших промышленных центров России. На берегах Волги и Которосли разместились прядильные, ткацкие, махорочные фабрики, судоремонтный и свинцово-белильные заводы, железнодорожные мастерские, на которых работало более тридцати тысяч рабочих.

Условия труда рабочих были исключительно тяжелыми. Ярославский городской санитарный врач в отчете за 1900 год отмечал, что на бумагопрядильных и ткацких фабриках большая скученность в рабочих помещениях, нет должного освещения, воздух чрезмерно сух, испорчен масляным газом от смазки машин и наполнен мелкой пылью…

В начале XX века смертность в Ярославле была на 50 процентов выше, чем в Москве, и на 75 процентов выше, чем в Петербурге.