Читаем Мелодия первая полностью

Пелена странно заволновалась, переливаясь густой вязкой массой и стремительно начала сужать круг, теперь уже точно плотно захватывая нас в тиски. Если бы я была магом, я бы имела хоть какую-то возможность противостоять этому веществу, сейчас же… все было бессмысленно. Бежать назад — бессмысленно, впрочем, как и бежать вперед, налево или направо. Она повсюду, подползает с удовлетворением паука, поймавшего в сети очередную жертву. А доставлять ей еще большее удовольствие, кричать, биться в истерике… Нет, я выше этого.

Если погибать, тогда достойно, как сказал Лиан.

Осталось совсем немного… Никогда бы не подумала, что умру вот так. Вместе со светлым эльфом, крепко сжимающим мою руку. Особенно, если учесть мою пламенную любовь к остроухому племени. Здесь был бы уместнее вариант эльфийского клинка у моего горла, а такая милая поддержка вовсе неожиданна… Судьба услышала мои стенания и решила поиздеваться еще больше. Эльф вдруг привлек меня ближе к себе и осторожно обнял.

Теперь я умру с эльфом в обнимку…

Я рассмеялась, уткнувшись лицом Лиану в грудь, и озвучила свои совсем несвоевременные мысли. Но эльф даже не покрутил пальцем у виска, а лишь горько улыбнулся в ответ.

Я закрыла глаза, вдыхая волнующий запах, идущий от листоухого. Если бы у меня был шанс, может, я бы в него когда-нибудь и влюбилась. Чем Нейт не шутит. Только вот теперь поздновато жалеть о том, чего сделать так и не успела.

Не успела попрощаться с Альредо и Софи, поцеловать маму и сестер и еще раз сказать им, как сильно их люблю. Не поделилась с Филиппом тем, что ценю его дружбу и помощь. Не успела завершить ремонт в доме, не успела согласовать последние дела на работе. Так и не смогла спасти Гарена, не нашла противоядия.

Что вообще останется после меня? Память…Которая уйдет. У меня нет ни детей, ни внуков, в которых я бы продолжалась с каждым новым поколением. У меня еще ничего нет, ведь я так много не успела…

Мне казалось, что эта странная ярость, реальной материей кружащая рядом, готова была разорвать нас на части просто за то, что мы есть. Мы существуем, живем, радуемся, любим, страдаем, предаем, дышим. А она нет. Что она хочет смять нас своей чернотой, вытоптать все самое светлое и нежное внутри. Мне стало так горько и так больно, что по лицу покатились горячие дорожки слез.

Я совершала сотни ошибок, спотыкалась, теряла верный путь. Но все равно. Я. Хотела. Жить…

И я хочу жить.

— Я хочу жить, — уже вслух прошептала я, поднимая голову и смотря прямо в яркие янтарные глаза княжича.

Он наклонился чуть ниже.

Наверное, я сошла с ума, но если это последние мгновения моей жизни, то почему я должна отказывать себе даже в такой малости?..

Я чуть сдвинулась в сторону, обвила руками шею эльфа и коснулась губами его губ. Сначала осторожно, а потом все требовательнее. В первую секунду Лиан опешил, глаза чуть заметно расширились от удивления, но потом он лишь крепче обнял меня за талию, отвечая на ласку. Закрыв глаза, я ощущала внутри себя каждой клеточкой тела невыносимую жару, чувствовала, как эта дикая приливная волна топит под собой все мысли и чувства, не оставляя ни грамма страха, сомнения или боли.

Горячие руки эльфа гладили спину, крепко держали в объятиях, словно говоря, что здесь и сейчас есть только я и он. И изнутри, сначала робко и неуверенно, стал разливаться свет. Поглощая всю меня без остатка, накрывая с головой, вместе с мужчиной, ставшим в тот миг моим продолжением…

Я когда-то слышала, что Смерть, это только начало… И если это начало, то оно безумно мне нравится.

Я открыла глаза, и не поняла, что же произошло, потому что свет изнутри не исчез, продолжая гореть ярко и ровно даже в реальном мире, огораживая нас от темноты шипящей поблизости твари. Этот свет был повсюду, во мне и вокруг меня, жег, но так сладко, что прерывать эту боль не было сил…

Щеки игриво коснулся первый солнечный луч, над горизонтом алой птицей вспыхнула заря.

И плотным непроницаемым покрывалом меня накрыла вязкая темнота. Даже не дав ощутить, как я падаю к ногам замершего листоухого…

Внезапный всплеск силы был такой жуткой мощи, что бредущий сквозь темноту леса мужчина на миг запнулся, с трудом удерживая шаткое равновесие. Если бы не вовремя подоспевший снежный пес, подставивший хозяину загривок, светловолосый путник попросту бы упал на мягкую лесную подстилку у ног.

Это было так неожиданно и так невероятно, что ему пришлось еще несколько минут стоять в тишине без движений, приходя в себя и стараясь собрать воедино удивленные мысли. Подобного отголоска магии Жизни ему не доводилось ощущать уже долгие тысячи лет, с тех самых пор, как…

Не надо.

Мужчина все же опустился на траву, прислонившись спиной к древесному стволу, погладил улегшегося рядом зверя и закрыл глаза… Слишком тяжело было вспоминать, слишком больно, даже для него. И вот опять, как будто крик из далекого прошлого, как тень, мелькнувшая на грани сознания. Он не ожидал. Не ожидал, что сила будет просыпаться так стремительно, что она будет настойчиво прорываться в мир, сметая на своем пути все выставленные когда-то заслоны.