Эхо так долго всматривался в высокую даль, что не сразу заметил несущегося в его сторону Пуно. Бедный парень пытался спасти Лиму от двух каннибалов, наступавших ему на пятки. Сержант съежился. Оружия не осталось. Было что-то эпическое, непостижимое во всех мегамутантах. Их сила, свирепость, размер. Не монстры, а сошедшие с барельефа мифические персонажи, с которыми бесполезно бороться, ведь они как полубоги — неистребимы. Но конкретно эти две особи вызывали удивление и даже жалость. Они казались тенью себя настоящих, еле передвигались и даже не могли повалить Пуно на землю, а ведь тот нес Лиму и еле стоял на ногах.

Парень добежал до тягача, положил девушку в кузов и обернулся, чтобы дать отпор тварям. Эхо без колебания встал с ним плечом к плечу. Двое на двое они вырубили мутантов несколькими ударами.

— Что с ними? Впервые такое вижу, — удивлялся сержант.

— Напились ракетного топлива. — Пуно пытался отдышаться. — Дурни черпают силы из радиации, но эта жидкость оказалась им явно не по зубам…

Он посмотрел на Лиму, погладил ее по щеке.

— Как ты?

— Уже лучше. Радония поможет, я знаю.

— Вот черт. — Пуно повернулся к сержанту. — Мы рыли каналы, заливали их горючим, чтобы отгородиться от хищников. На запах топлива пришли каннибалы, а мы, как полные дураки, жгли его, сражались с ними в ближнем бою, вместо того чтобы дать вдоволь напиться.

Хорошо, что у инков не было своего позорного пантеона.

— Невозможно все знать заранее, — попытался успокоить его сержант.

В этот момент до них докатились рев и вибрация от запуска первой ступени. Гул стоял как от тысяч бегущих берлогов. Ракету заволокло дымом. Последнее, что удалось разглядеть на вершине стартового комплекса до его обрушения, были две крохотные фигурки людей, срывающиеся с большой высоты.

Альфе все-таки удалось оттолкнуть майора от ракеты, и тот полетел кубарем, но потянул за собой командира. Они пробивали один пролет деревянных лесов за другим, в основном спиной Чарли — так он и умер, и его тело безвольно переворачивалось в полете, а полковник из последних сил пытался укрыться им от особенно страшных ударов. Наконец они упали на стартовую платформу — Чарли в лепешку, а Альфа прямо на него. В жарком дыму от сопел ракеты, как в самой убойной марсианской сауне, полковник по тепловым ощущениям определил безопасное направление и пополз подальше от наступающего огня.

Ржавые петли железной фермы заклинило, она не отпускала ракету из своей цепкой лапы, но та самая ржавчина, что повредила ее механизмы, сыграла и добрую роль — ослабила конструкцию. Ракета просто вырвалась с корнем и начала подниматься над космодромом. Тысячи мегамутантов корчились в смертных муках, сгорая на огромном воке всевышнего едока каннибалов. Пожирателя пожирателей. Отравленные топливом, они не успевали спастись. Никто не вышел живым из завораживающих потоков огня.

Ракета все вырастала. Эхо и Пуно задирали головы, глядя ей вслед. Вот наконец она отделилась от полусферы огня и, как цветочная тычинка, полетела продолжать жизнь, осеменять Марс. Несколько минут она удалялась пылающим лучом жизни, пока не скрылась в плотных слоях атмосферы, оставив за собой мощный мраморный след. Вот тогда-то на Землю и пришла смертельная для всей электроники вспышка. У Эхо, Пуно и Лимы затрещало в ушах и земля ушла из-под ног. Их словно ударили самой плотной в мире субстанцией.

Минут через десять они адаптировались к электромагнитным частицам и пришли в себя. Над лагерем стояла непривычная тишина. Тысячи поджаренных трупов не издавали ни единого звука. После такой грандиозной битвы воцарившееся безмолвие было сродни волшебству. Прекрасному зимнему волшебству, несущему конец всем страданиям и бедам.

Эпилог

— Она успела взлететь? — спросил Пуно.

— Вторая ступень включилась, значит, ракета вышла в космическое пространство, — осторожно ответил Эхо, чтобы не спугнуть удачу. — Наш орбитальный корабль защищен от электромагнитных вспышек. Он без проблем поймает одинокую капсулу с семенами.

— У нас получилось, — беззвучно проговорил Пуно.

— Как Лима? Продержится? — прошептал Эхо.

— Таежная лихорадка не всегда убивает, — с надеждой в голосе ответил Пуно. — Тем более я знаю самое лучшее лекарство. Буду каждый час давать ей радон-траву.

— Надо поискать выживших.

Они отправились в центр лагеря. Тягач бороздил дымящийся лагерь, как шлюпка «Титаника», вернувшаяся на место крушения корабля. Всюду чернели туши мутантов, протестировавших самую мощную микроволновку со времен падения метеорита шестьдесят пять миллионов лет назад. Шестьдесят пять миллионов и одну тысячу, если быть точным. Но не все каннибалы поджарились, некоторые смогли достаточно далеко убежать, однако дикая отрава — ракетное топливо — продолжала шипеть в их животах, приводя приговор человеческого суда в исполнение. Никакой пощады тварям. Полное и безоговорочное истребление.