Читаем Мехасфера: Ковчег полностью

Подготовка ко взлету окончательно захлебнулась в распрях, усталости и нервных срывах. Краснокожие дошли до той крайней степени измождения, когда уже плевать хотели на марсиан. Их слишком давно не расстреливали, и из памяти стерлись ужасы смерти. Вернее, они вытеснились другими ужасами, абсолютно необъяснимыми. Флуктуации сигналов измученной психики расходились в мыслях нервными волнами, рождали буйство и хаос — все из-за целого клубка эмоций, из-за калейдоскопа пережитого мрака.

Морпехам было не легче, и Альфа этим воспользовался — отправил двух дежуривших у ракеты солдат якобы разнимать краснокожих, а на самом деле избавился от них, чтобы не помешали ему исполнить план. Он взлетел по лесам наверх. Эхо и Оскар устанавливали оборудование, а Фокстрот загружал семена.

— Долго еще? — спросил у него командир.

— Поднимаю последнюю партию. Но тут уже места нет. Не знаю, как утрамбовывать.

— Давай вместе.

Альфа схватился за веревку, и вдвоем они за считанные минуты подняли платформу с оставшимся грузом.

— Навались!

Они подтащили последние мешки к грузовому отсеку и начали проворно складывать их внутрь.

— Я же говорю, больше не помещается, — досадовал Фокстрот.

Полковник приложил нечеловеческую по меркам земной гравитации силу и поместил в отсек еще один мешок. Под тяжестью двух морпехов защитный люк закрылся на сотню автоматических сцепок.

— Надо бы его заварить, — добавил Альфа. — От греха подальше. Сварка тут?

— Да, сейчас сделаю, — обессилившим голосом пробубнил подчиненный.

Солдат стал заваривать люк, но на середине работы замешкался, о чем-то задумался и повернулся к полковнику.

— Разрешите поделиться наблюдением, сэр.

— Разрешаю, только тише.

— Насколько я сейчас понял, — продолжил тот вкрадчивым голосом, — это грузовой корабль. И, как на всех грузовых кораблях, на нем есть грузовой отсек.

— Совершенно верно, солдат.

— Но здесь нет пассажирских или пилотируемых отсеков. Мы завариваем единственную возможность вернуться на Корабль.

— Таков приказ командования, — жестко ответил Альфа. — Вместо каждого из нас полетят шестьдесят дополнительных килограмм семян и спасут тысячи жизней.

Повисла тяжелая тишина. Фокстрот первым из натасканных на убийства солдат узнал, что их обманули. Эхо догадался чуть раньше, но ученые и техники — другое дело. Их растили для высших целей, наделяли ответственностью за судьбу человечества, поэтому они уже давно сознавали, что рано или поздно появится необходимость пожертвовать собой ради всеобщего блага. Вооруженные до зубов головорезы, в свою очередь, такие возможности отвергали. Поэтому Эхо, в отличие от Фокстрота, терпимо отнесся к этой новости. Вдобавок он не успел совершить моральное самоубийство вместе с другими членами оставшегося отряда, когда те захотели предать человечество и улететь на ракете без семян. После таких жестоких решений перед лицом грозящей человечеству катастрофы забываешь про долг родине и самопожертвование.

Фокстрот с недоверием посмотрел в лицо командиру.

— Это бунт! — как ни странно, заявил он. — Вы предали миссию!

— Послушай, солдат… — устало выдохнул полковник, но не успел продолжить.

— Чертов предатель! — продолжал орать Фокстрот. — Я отстраняю тебя от командования! Эхо, Оскар, арестовать негодяя!

Эхо что-то шепнул Оскару, и тот с пониманием кивнул головой. Оба инженера приготовились принести жертву. Они располагались на лесах на один уровень выше Фокстрота и Альфы и сделали вид, что ничего не слышат. Продолжили устанавливать оборудование.

— Это вам так с рук не сойдет! — негодовал солдат. Еще недавно он представлял, как садится в корабль и улетает из этой клоаки обратно на современный Корабль, но теперь все его надежды рухнули, как карточный домик. — Я подниму всех! Мы вышвырнем чертовы семена и улетим вместо них!

Он побежал вниз, едва не спотыкаясь. Пятьдесят метров до земли он преодолеет не меньше чем за две минуты. Этого хватит, чтобы заварить оставшуюся часть люка. Альфа схватил аппарат и продолжил ваять непроходимый барьер между сошедшими с ума солдатами и жизнями миллионов людей.

Фокстрот хотел как можно быстрее оказаться в кругу единомышленников, уже однажды изменивших долгу. Общими силами они бы захватили власть в лагере и улетели на ракете, оставив краснокожих недоумков и безумца полковника умирать в про́клятой всеми богами тайге. Фокстрот так торопился, что соскользнул с одной из лестниц и полетел вниз. Инстинктивно он схватился за торчащий из корпуса ракеты топливный шланг и благодаря набранному ускорению свободного падения вырвал его из пазов. Хорошая новость — шланг замедлил падение солдата и тот не разбился о землю, плохая — топливо теперь хлестало во все стороны фонтаном, как кровь из пробитой аорты. Но, по крайней мере, благодаря защитному поршню из самой ракеты ничего не вытекало, струя била только из шланга.

Альфа лишь покачал головой. В отличие от оставшихся в лагере марсиан, он не знал, что радиоактивное топливо привлекает мутантов. Зато он успел полностью заварить и без того герметичный люк.

— Успели заправить баки? — спросил он у копошащихся наверху инженеров.