Читаем Мехасфера: Ковчег полностью

Он попятился, наткнулся на ящик и упал. Вой повторился, и больше всего в нем пугало то, что он стал громче, отчетливее.

— Это клык смерти, — сглотнул Пуно.

— Та адская тварь из ваших рассказов? — уточнил Альфа.

— Да… Это чудовище… Оно почувствовало запах еды.

— Сколько у нас времени? — по-настоящему испугался полковник.

Но знакомые с расторопностью зверя инки даже не успели ответить. Уже в следующую секунду гигантская черная тварь появилась перед тягачом, в свете его прожекторов. Сама машина ее никак не интересовала. Главной целью была еда.

— Матерь божья! — обвел себя священным овалом Эхо.

Из-за низко расположенного источника света тень животного протянулась на все пятьдесят метров к ногам застывших в конце зала людей. Высотой в два человеческих роста клык смерти напоминал вставшую на задние ноги рептилию с торчащими повсюду костяными наростами на грубой коже. Его огромные когти походили на лезвия, и на первый взгляд было непонятно, почему эту тварь прозвали в первую очередь за клыки, а не за эти убийственные бритвы. Но когда животное прорычало вновь и оскалилось, стало ясно, что четыре его клыка представляют собой орудия на порядок более смертоносные, чем любые другие изобретения мутировавшей природы. Своими челюстями оно могло бы разорвать даже экзоскелет.

Морпехи начали стрелять по нему из автоматов, но патроны все до единого рикошетили от крепких, как камень, наростов на коже. Ручное оружие оказалось бессильно.

— Прячемся за дверью! — заорал Куско, пока тварь готовила разбег.

— Нет! — замахал руками Эхо. — При закрытии двери сработает защита, и без внешнего пульта ее нельзя будет открыть!

— Но только оттуда можно включить турели!

— Разделимся! — решил Альфа. — Мы с инками доберемся до машины и будем отвлекать монстра, а вы — Эхо и Чарли — проникнете за дверь и найдете способ включить турели.

Клык смерти махнул своим годзилльим хвостом и двинулся к манящей запахами двери. Каждый шаг многотонного монстра создавал вибрации, сравнимые с легким землетрясением, а приземление после прыжка и вовсе сбило людей с ног. Одним скачком животное очутилось возле двери и вдохнуло полной грудью, чтобы затем издать душераздирающий рев. В этот момент Эхо и Чарли согласно плану рванули к двери, но клык смерти ударил их со всей силы хвостом. Два бывалых морпеха отлетели метров на десять, как кегли в самой бесчеловечной версии боулинга. Животное прорычало и, отмахиваясь от ненужных ему людишек, двинулось на запах еды.

— Не подпускайте его к двери! — крикнул Альфа и бросил в голову твари несколько банок, на что та ответила очередным ударом хвоста, обезоружив полковника.

Все трое солдат оказались ближе к середине зала и уже не успевали помешать клыку войти в дверь. Единственная возможность совершить чудо оставалась у инков, находившихся примерно на одном с животным расстоянии от входа в «Ковчег». Впав в экзальтацию смертельного боя, они на мгновение вспомнили всю свою жизнь и обретенные навыки. Пуно и Куско бросились на монстра с разных сторон и проскользнули между его расставленных ног, ударив в самое беззащитное, как они думали, место. К сожалению, удары остались незамеченными, зато мелькание краснокожих перед глазами чудовища с попутной сменой позиций нарушило его ориентацию. Несколько секунд клык потратил на оборот вокруг своей оси и поиск куда-то девшихся людишек, чем воспользовались инки. С присущей всем лесным жителям ловкостью они прошмыгнули перед монстром за дверь и попытались ее закрыть.

— Тяни на себя! — кричал Пуно, вкладывая все силы в последний рывок.

— Не идет! — паниковал Куско. — Слишком тяжелая.

Клык смерти вернул себе контроль над ситуацией и, согнув ноги, как мощные пружины, прыгнул на инков, но поддавшаяся в последний момент дверь закрылась прямо перед его рептильной мордой. Святая святых человечества была спасена. Временно. Раздразненное запахом еды животное повернулось к морпехам и облизнулось тонким, похожим на подарочную ленту, языком. Распаленный аппетит требовал хоть чем-нибудь себя заглушить. Последовал рев, предвещающий очередной рывок хищника, его задние ноги слегка согнулись, а передние разошлись в стороны, ища баланс для спурта — так выигрывали жизненный марафон самые свирепые обитатели Пустоши.