Читаем Мехасфера: Ковчег полностью

Когда пожар разросся на значительную часть Пустоши и осветил небо до горизонта, морпехи и инки увидели надвигающийся на них циклон. Снежные тучи раздувались, как паруса под шквалистым ветром Арктики. Стена черного беснующегося бурана схлопывала пространство, словно молот, несущийся к наковальне — стене идущего с юга огня. И лишь маленькая полоска земли, если смотреть сверху, еще оставалась нетронутой ни одной из двух разнородных стихий. По ее краю мчались четыре байка.

— Никогда не думал, что скажу это, но в буране наше спасение, — скалился в лицо судьбе командир. — Только бы дотянуть.

Мотоциклы вязли все чаще, а вытаскивать их становилось все труднее. Силы людей таяли, а преследователь, безумный и неотступный, лишь набирался сил. Его далекое пылающее сердце стремительно нагревалось, создавая сильную тягу. Холодный воздух снаружи из-за пылающего цунами засасывало, как пылесосом, он разгонялся до сверхзвуковой скорости и на всю Пустошь слышался его свист.

— Мы — муравьи на гигантской жаровне, — обернулся Пуно. — Бежим изо всех сил, а спасение лишь отдаляется.

— Еще полчаса, и стихии столкнутся, — прикинул Эхо. — Лично я за то, чтобы к этому времени оказаться в снегу.

— Ты будешь в снегу, мой мальчик, — злодейски расхохотался полковник. — По уши в нем. О да.

Альфа несся вперед изо всех сил. Нервы уже давно сдали, но сжатая в кулак воля тащила его к спасению. Несколько раз его байк застревал, но какими-то немыслимыми рывками командир освобождался из нефтяного плена там, где не помог бы даже тягач. Он по-хорошему озверел и тянул за собой весь отряд. Обиднее всего было бы преодолеть сто километров и погибнуть на финишной прямой, когда перед глазами уже маячит клетчатый флаг и льются реки шампанского. Брызги, заслоняющие собой небо. Пузырьковое крошево, застилающее глаза. Вот оно, спасение, вот он, чертов снег.

Первые хлопья показались в воздухе, когда огненное цунами уже поджигало шкуры на беглецах. Оно летело гораздо быстрее пары метров в секунду, с которой разгорается нефть, и поэтому нефть под ней вспыхивала не сразу. Гонимое вытяжной силой пламя просто захватывало весь встречный воздух, а нефть подключалась немного после, когда стена уже неслась далеко впереди. Скорость потока пламени росла каждую минуту и уже превзошла жалкую скорость байков, с каждым метром сжигая тот небольшой гандикап, что смогли в самом начале урвать себе беглецы. Но другая стихия, сама того не подозревая, неслась навстречу, чтобы их всех спасти. Чернейшая мгла бурана встала непроходимой стеной, через которую не пробивались даже прожекторы мотоциклов. Узенькая тропинка между болотами обрывалась в непроглядной пурге, и больше некуда было ехать. Вокруг стало темно. Любое неловкое движение, и мотоциклы утонут в нефти, бензине или моторном масле края тысячи озер.

— Стоять! — приказал полковник.

Все последующие слова утонули в рычании двух стихий, столкнувшихся друг с другом, как планеты в далеком космосе. Колоссальная сила пронизывала воздух и сбивала с ног. Марсиане помогли инкам отрыться из-под снега, и все вместе они схватились за увязшие байки. Стихия рвала и метала, поднимала в воздух деревья, но бронированный транспорт стоял надежно — его не так просто было оторвать от вязкой земли, а вместе с ним держались и люди. Стена огня провалила краш-тест, с грохотом расплющилась о застилающий воздух снег и начала заполнять его жгучим паром. Следующие пару минут воздух сгорал, как при старте ракеты, будто со всех сторон торчали ее колоссальные сопла. Стихии боролись, как сумоисты на ринге, исходили зарницами и завывали сверхзвуковыми ветрами, но, к счастью для людей, циклон оказался сильнее. Ведомая самой планетой пурга поглотила случайное пламя и продолжила свой путь на юг. Когда линия соприкосновения непримиримых врагов отодвинулась далеко за спины путников, вернулся спасительный воздух. Инки и марсиане вдыхали его вместе со снегом и кружащим всюду пеплом.

— Жрите, сволочи! — заорал Чарли в кромешную темноту за спиной. — Чтоб вы сдохли, рейдеры! Надеюсь, вас накрыло огнем!

— Вполне возможно, — отозвался из мрака Альфа. — Давайте откапывать мотоциклы, пока нас полностью не замело. И наденьте уже на колеса цепи!

Снег продолжал валить черной лавиной с небесных гор. Беглецы быстро привыкли ориентироваться наощупь. Они водили руками перед собой, как незрячие, чтобы узнать, что находится впереди. Дул ветер и холод морозил щеки, но стало гораздо спокойнее, чем какие-то пару минут назад.

— Нормально, — прокряхтел уставший полковник. — С этим можно жить.