Читаем Мечты о полете полностью

— Это война никогда не будет иметь к тебе отношение. Смерть Кедрика и твоё пленение послужили идеальным прикрытием для скрытых мотивов Татум. Её истинные замыслы теперь очевидны, а ты стала козлом отпущения. Если будет война, то только потому, что твоя мать — жадная сука, а не по какой-либо другой причине.

Он обхватывает меня за плечи и сжимает. Я не выражаю своего несогласия. Я просто смотрю перед собой, взгляд расфокусирован.

— Я, наверное, один из тех людей в Гласиуме, которому ты не желаешь зла, — говорит он.

Я не обращаю внимания на укол внутри меня при этой мысли. Он дразнит меня, пытается отвлечь.

Я закатываю глаза.

— Думаю, ты сам можешь о себе позаботиться.

Он встает и прочищает горло.

— Ты придёшь на бал?

Я тоже встаю и прислоняюсь к колонне.

— Нет.

— Что? — он поворачивается ко мне. — Но в этот раз ты на меня не злишься.

За день до предыдущего бала Джован пришёл в ярость, узнав, что Рон собирается показать мне, как работать с упряжками. Его отец умер в несчастном случае с упряжкой. Джован прижал меня к стене. Я запаниковала и сбежала от него.

Мои щёки пылают.

— В прошлый раз я тоже на тебя не злилась. Что ж, может быть немного. Я просто не хотела танцевать с тобой. Или с кем-либо.

Он хмурится, пытаясь вспомнить.

— Я бы скорее танцевал с тобой, чем с Арлой, — размышляет он.

Я говорю, не подумав:

— Как ты можешь говорить такое о женщине, с которой спишь? — спрашиваю я.

Мне не нравится Арла, она порочна и тщеславна, но ни одна женщина, делящая постель с мужчиной, не должна подвергаться такому обращению.

Он издает короткий смешок.

— Кто тебе это сказал? Я не сплю с Арлой уже долгое время.

Он с любопытством смотрит на меня, ожидая ответа.

— Эм… сама Арла, — отвечаю я.

Несколько мгновений он выглядит озадаченным.

— Ну, независимо от этого, на этот раз тебе не придётся танцевать со мной. Ты — Мороз, а не Олина, в этот раз, — напоминает он мне.

— Да, но у меня нет платья. Как и у Кристал.

Он издает рёв.

— Женщины. Почему ты не можешь просто пойти в этом?

Он жестом указывает на мою тунику и брюки.

— Можно? — я оживляюсь. — Я бы предпочла надеть это, чем ваши местные платья. Крошечные обрывки почти прозрачной ткани, едва прикрывающие грудь и…

Я прерываю своё описание, когда глаза Короля темнеют, и он делает шаг вперёд. Мои глаза расширяются.

— Твоя подруга, Кристал. Она спрашивала Садру, могут ли её отпустить во Внешние Кольца до бала, — его голос не собран.

Я гадаю, о чём он на самом деле думает. Но я улыбаюсь. Кристал будет рада вернуться к Алзоне.

— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли платье, — наконец говорит он.

— Что? Я думала, мне разрешено надеть это, — говорю я.

Он ухмыляется через плечо.

— Нет, я передумал.

Он захлопывает за собой дверь. Я подбегаю и дергаю её. Дверь не двигается, снова заперта.

Клянусь, я слышу приглушённый смех на другой стороне.

ГЛАВА 16

— Потаскуха, — рычит одна из прислужниц Арлы, когда я прохожу мимо.

Она в центре группы членов ассамблеи. Сомневаюсь, что она стала бы оскорблять меня, не будь они буфером.

— Доброе утро, — отзываюсь я.

Я сажусь.

— Чего хмуришься? — спрашивает Вьюга.

Я поднимаю на него взгляд.

— Меня только что назвали потаскухой в пятый раз, с тех пор как мы здесь. Я пытаюсь разобраться, это из-за того, что я из Внешних Колец, или из-за моего наряда, который был на мне в момент прибытия?

— Ничего из этого, полагаю, — бормочет Осколок, поедая ногу какого-то животного.

Я поворачиваю к нему лицо.

— Что это должно означать?

Он поднимает обе брови и бросает на меня сухой взгляд.

— Это означает, что ни одна из твоих причин не подходит. Причина в том, ты спишь с Королём Джованом.

— Чего!

Я вскакиваю со своего места. Разговоры вокруг нас затихают. Я сажусь обратно и жду, пока разговоры возобновятся.

— Почему люди так думают? — шепчу я своим друзьям.

Они исследуют моё лицо.

— Я так и знал! — говорит Лёд.

— А это не так? — спрашивает Осколок.

— Но ты спишь в соседней с ним комнате. И то, как он ведёт себя на тренировках. Все именно так и думают, — добавляет Вьюга.

Соседняя с моей комнатой, комната Джована!

Я смахиваю несколько слезинок. Это то, что все думают?

— Почему вы не сказали мне? — шепчу я.

Они заметно поникают на моих глазах.

— Не наше дело, — нехотя говорит Лёд.

Я встаю из-за стола, потрясённая. Слышал ли Джован этот разговор? Я знаю, что моё лицо краснеет. Я выхожу из обеденного зала и жажду скрыть это. Я сбегаю в свою комнату. Сегодня днём я не пойду на тренировку. Вместо этого я зароюсь под меха. Я закрываю лицо и вздыхаю.

Дверь распахивается. Почему я?

— Уходи. Я не буду сегодня тренироваться, — мой голос приглушает куча меха, под которым я прячусь.

Он вырывает меха из моей хватки.

— Почему? Ты больна? Я видел, как ты до этого выбежала из зала. Мне позвать Садру? — спрашивает Джован.

Почему он так много разговаривает?

— Нет, я не больна. Я просто не хочу никого видеть, — говорю я.

«Я не хочу видеть тебя», — молчаливо добавляю я. Я встречаюсь с ним взглядом и отвожу глаза, натягивая меха.

Джован наклоняется над кроватью и берет мой подбородок, заставляя меня поднять голову. Я закрываю глаза.