Читаем Мечты о полете полностью

Первая десятка формируется по-другому. Но опять же, выгодно занимать высокие места. Находясь на втором месте, я сражусь с Отравой, занявшим девятое место. А Вьюга сразится со вторым бойцом Трюкача, Яростью, которому повезло в последнем бою. Лёд, на седьмом месте будет драться с Грехом. Я не понимаю, как Хейл устроил эту жеребьёвку, но четыре участника из его казармы столкнутся друг с другом. Я бы поставила свои любимые ботинки на то, что поединки будут постановочными.

Они не превзошли моих ожиданий. Пытка делает пару несерьёзных попыток, прежде чем его нокаутирует Мясник. А после того, как я нокаутирую Отраву, я наблюдаю, как Уничтожитель едва поднимает руку, защищаясь от удара Убийцы. Толпа ненавидит это. Они открыто освистывают братьев, чего раньше никогда не делали. Хотя это умный ход. Я устала после боя с Отравой, хотя он был легче, чем предыдущий матч. Мясник, с которым мне предстоит встретиться в следующий раз, свеж после тридцатисекундного постановочного раунда. У места в двойке лучших есть свои преимущества. У нас с Убийцей на один бой меньше, чем у остальных в первой двадцатке.

Толпа дичает, как никогда раньше, напряжение нарастает. Грех побеждает Льда, что, как мы предполагали, было вполне вероятно. Работа Льда заключалась в том, чтобы измотать Греха, чтобы у Вьюги больше шансов победить его после устранения Ярости. Я знаю, что для победы нам нужны места в первой пятерке, но я не могу не надеяться, что Грех победит Вьюгу. Убийца встретится с победителем их матча, и я боюсь за жизнь моего друга, если он попадёт в эту яму.

Осколок смеётся, пока я пытаюсь изобразить разочарованное выражение лица, когда Грех вырубает Вьюгу.

— На тебе всё ещё читается облегчение. Попробуй опустить брови, — шепчет он.

Я даже не пытаюсь отрицать это.

С Мясником мне придётся повозиться. Он не просто так занимает третье место. Я знаю его слабости, а он знает мои. Он хочет победить, чтобы дать Убийце лёгкую победу. А если он не сможет победить, то, несомненно, у него есть приказ — травмировать меня к финалу как можно сильнее.

Нужно закончить это побыстрее.

Толпа расплывается на фоне звона колокола. Я вижу очертания, прыгающие вверх и вниз. Возможно, они даже кричат моё имя, но я не слышу ничего, кроме стука сердца в ушах. Я вижу только мелкие судороги, проходящие через тело Мясника, выдающие его движения за секунду до того, как он их совершит. Я чувствую, как ритмично поднимается и опускается его грудь, зная, что он сделает резкий вдох прямо перед ударом. Пот катится по моему лицу.

Он нападает, и я делаю то же самое. В обычной ситуации я бы уклонилась от него, но он будет готов к этому. Пришло время для удара Шквала.

Мясник бьёт правой рукой, в удар не вложена сила, потому что он ожидает, что я уклонюсь. Вместо этого я хватаю его вытянутое предплечье обеими руками, почти не замедляясь. Используя импульс от своего удара, я подныриваю под его руку. Я отталкиваюсь от земли, толкаюсь вверх, скручиваюсь. Моё тело кружит вокруг его руки, пока не оказывается на уровне его головы. Я выравниваю пятку с его челюстью.

Он начинает реагировать, когда я вытягиваю ногу в стремительном ударе, всем своим весом придавая удару силу.

Приземляясь на мягкие пальцы ног, я наблюдаю, как Мясник делает два полных круга. Он отшатывается назад. Отшатывается вперёд. Серьёзно?

Его глаза начинают закатываться, не поддаваясь контролю. Он опрокидывается на бок с гулким ударом и остаётся лежать.

Колокол сигнализирует об окончании боя. Похожая на пещеру арена сотрясается с силой панического бегства Дромеды, когда толпа взрывается. Я очень боюсь, что потолок обрушится. Но сохраняю спокойное выражение лица и обхожу яму, общаясь с толпой. Я не трогаю людей. Я просто прохожу мимо них и стараюсь выглядеть грозно. Им это нравится. Мороз ничего не боится, не то что Олина.

Я следую за бессознательной фигурой Мясника, пока его тащат из ямы. Я прохожу мимо Греха, который готовится к бою с Убийцей.

— Если я справлюсь, твои губы будут моими? — спрашивает он с тоской в голосе.

Я смеюсь и встречаюсь с ним взглядом, надеясь, что он прочтёт в нём моё предупреждение. Он пожимает плечом и криво улыбается, проходя мимо меня и входя в яму. На самом деле ему не нужно было проходить мимо. Здесь достаточно места, чтобы три человека могли пройти одновременно.

Алзона бросается обнимать меня, когда я подхожу. Следующая Кристал.

— Я ещё не победила, — бормочу я в талию Лавины.

— Ты справишься. Я знаю, справишься, — говорит Шквал, хватая и кружа меня.

Он касается меня и даже не краснеет.

— Боже, никакого давления, Шквал, — говорит Вьюга, держась за кровоточащую голову.

Я поднимаю бровь.

Он качает головой.

— Всё не так плохо. Грех легонько прошёлся по нам обоим, — говорит он, жестом указывая на Льда. — Ребята Трюкача знают, что теперь им самим не победить. Они хотят, чтобы мы обогнали казармы Хейла почти так же сильно, как мы.