Читаем Меч падишаха полностью

Грек-фанариот Адреотис возлежал на роскошных коврах и подушках в своём доме. Он ждал важного гостя. Комната с узкими окнами с разноцветными стеклами была оформлена в восточном стиле.

«Интересно как он сейчас будет выглядеть? Этот человек имеет редкий дар перевоплощения. Он может быть кем угодно. Гордым вельможей с надменным лицом и простым продавцом халвы с подобострастной улыбкой. Он настолько владеет своим лицом, что совершенно невозможно понять ход его истинных мыслей».

Так думал хозяин дома о своем старом знакомом кардинале Ордена Иезуитов Пьетро Ринальдини. И он снова оказался прав. Скоро ему доложили о приходе важного янычарского аги.

–Янычар? – удивился Адреотис.

–Да. Кто-то из командования янычарского корпуса, – ответил слуга. – Их сейчас много новых и я не знаю имени этого господина.

–Но разве он не назвал тебе своего имени?

–Назвал. Но я почему-то не смог его запомнить, эфенди. Его глаза словно выжгли мою память.

«Глаза выжгли память! – подумал Адреотис. – Это он. Только про него такое можно сказать!»

–Хорошо. Зови его сюда. И последи, чтобы нам никто не мешал.

–Будет исполнено, господин.

«Монсеньор Пьетро не любит когда его узнают сразу. Стоит изобразить удивление и лишний раз восхититься его умением перевоплощаться. Даже великие люди имеют свои слабости».

Вскоре в покоях показался высокий офицер янычаров. На нем была отличная броня с насечкой и изображением полумесяца усыпанного жемчугом. На войлочном белом кауке красовался золотой челенк – знак храбрости проявленной в бою.

–Рад приветствовать тебя, ага…, – начал было Адреотис, но прибывший ага прервал его.

– Можешь звать меня монсеньор Пьетро, как и ранее. Ведь здесь мы одни? Не так ли?

– Одни. Мой дом – моя крепость.

– И не стоит тебе разыгрывать меня, Адреотис. Ты сразу узнал меня.

– Да. Но я не знал, захотите ли вы монсеньор, чтобы я вас узнал.

– А почему нет? Как мой маскарадный костюм?

– Отлично на вас сидит. Вы словно настоящий ага янычарского корпуса.

Ринальдини самодовольно усмехнулся. Он знал, что его умение перевоплощаться и внушать, не имеет себе равных.

– Твой слуга и все в этом доме завтра смогут лишь вспомнить, что к тебе заходил ага янычар. И заходил он за деньгами. А зачем же еще может прийти к греку-фанариоту командир из корпуса «нового войска»25.

– Вы как всегда осторожны, монсеньор.

– Меня зовут невидимкой в Европе, Адреотис. Именно потому, что я умею быть, когда нужно незаметным. Твой слуга смотрел на мой дорогой панцирь, на жемчужный полумесяц, на изумруд в рукояти моего ятагана. Вчера я был слугой знатного иностранца, французского графа, и на меня вообще никто не обратил внимания. Никто даже заподозрить не мог, что я господин, а граф – слуга. Ты не представляешь, как иногда хорошо наряжаться слугой. Как много можно услышать, сохраняя глупое лицо.

– Монсеньор, желает выпить вина? – спросил фанариот.

– Нет, – отрицательно покачал головой Ринальдини.

– Тогда может принести щербета и фруктов?

– Нет. Пусть принесут кофе. Я пристрастился к этому терпкому напитку. Твой слуга умет заваривать кофе?

– Есть у меня кафеджи не хуже того, что служит у самого великого визиря.

– Тогда отдай приказ.

Адреотис хлопнул в ладоши и сразу же в комнате появился молчаливый слуга. Он по знаку понял, что нужно господину…

****

Кардинал Ордена отхлебывал ароматную горячую жидкость и задумчиво смотрел на расписной потолок. Адреотис вежливо ждал, когда иезуит начнет говорить.

– Ты не удивлен моим появлением в Стамбуле, Адреотис? – наконец спросил кардинал.

– Смею ли я удивляться вашим поступкам, монсеньор? Дела государственные привели вас в столицу империи Османов.

– Ты думаешь, что я могу заниматься только государственными делами?

– Вы человек влиятельный, монсеньор. Что может привести в Стамбул человека влиятельного?

– Не в этот раз. Скоро здесь, в твоем доме, должен появиться один человек. Ты его уже видел в Крыму.

– Сын боярский, что выдает себя за шляхтича Комарницкого?

– У тебя хорошая память, Адреотис.

– Да, я хорошо его запомнил. Это человек с удивительной судьбой. Я умею читать судьбы и могу поручиться, что этот парень рожден под счастливой звездой. Его удача заставляет меня завидовать ему. Отчего, моя судьба не так сложилась? Этот человек просто любимец женщин.

– И я того же мнения, Адреотис. Женщины любят таких.

– А меня они не любят, монсеньор. Я могу купить любую рабыню, но её страсть возбудить мне не дано. А он красавец, и покоритель женских сердец. И за что ему это?

– Он прошел большое испытание и уже направляется в Стамбул. Я даже стал волноваться о нем.

–Он так нужен монсеньору?

– Он нужен не сколько мне, сколько Ордену.

–Позвольте мне высказать свое мнение, монсеньор?

–Не утруждай себя. Я знаю, что ты хочешь сказать, Адреотис. Сын боярский не слишком умен и не слишком образован.

–Именно так. Из него пока не выйдет хорошего шпиона, монсеньор.

–А кто тебе сказал, что он станет шпионом? Этот парень нужен мне для иного.

–Смею ли я узнать для чего?