Читаем Меч падишаха полностью

– Слушай, дворянин, сейчас не время крутить любовь с девками. Мы беглые рабы и за нами скоро станут охотиться. О шкуре самое время подумать.

– А кто тебе сказал, что я ней любовь кручу, Федор? Ты не забыл, что это она нас из подвала вытащила?

– Вытащила и спасибо ей за то. А сейчас нам пора идти. Или ты забыл, кто ты есть? Нам нужно добраться до Стамбула!

В этот момент соседние кусты зашелестели и оба мужчины увидели Адике. Она все слышала.

– Простите меня, что невольно послушала ваш разговор.

– Адике? Почему ты оставила то место, где я спрятал тебя? – Ржев был недоволен её поступком.

– Я пошла за тобой… Я боялась, что ты бросишь меня. Прости.

Девушка захлопала своими большими ресницами и на них засверкали жемчужинки слезинок. Ржев привлек её к себе и произнес:

– Я не собирался тебя бросать Адике.

– Я смогу вам обоим пригодиться. Я знаю многое здесь. Пусть твой друг позволит мне пойти с вами. Но нам сейчас стоит пойти к дому Ферхда. Нам нужны одежда и деньги для побега. Иначе нам далеко не уйти.

– Она права, – Ржев посмотрел на Федора. – Нам бы стоило вырядиться в спахиев.

– А почему не в дервишей13? – спросил Федор.

– Для дервишей мы мало знаем, Федор. Ты знаком с Кораном или молитвами магометан? За воинов мы вполне сойдем, но не за дервишей. Так что Адике права…

***

Али Чернобородый поначалу ликовал. Маслобойни Ферхада горели освещая ночное небо. Тоже самое произошло и с маслобойнями других спахиев. Он был совсем близок к цели.

Но вместо небольшого бунта начало разгораться большое восстание. Белер-бей был в бешенстве и срочно отправил три отряда спахиев на подавление мятежа.

Чернобородый сам приказал сжечь старую маслобойню своего господина, дабы не подумали, что он причастен к этому делу. А так выйдет, что и Дауд-бей пострадал…

***

Дауд-бей выслушал от бейлер-бея много упреков.

– Ты привлек мятежных рабов в свое имение и вот посмотри, что вышло! – орал наместник области. – Горят имения спахиев! И это в то время когда наш падишах повелел готовить войска.

– Не думаю, почтенный бейлер-бей, что горстка рабов-гяуров, взятых мной на галере, могла поднять такой мятеж.

– Но все началось в твоем имении Черная Скала! Так сообщил мне эфенди Ферхад.

– А он не сказал тебе, почтенный, что рабов я взял на галере всего 20? И они запалили большой мятеж?

Дауд-бей усмехнулся. Он прекрасно знал, что именно нынешний бейлер-бей спровоцировал восстание своими взятками и поборами, из которых едва половина попадала в казну падишаха.

– Хозяин отвечает за своих рабов! Так было и так будет! – упрямо твердил бейлер-бей.

– Да. Это так, почтенный. Но затем рабы поднялись и в имении Ферхада. Так что он виновен не менее моего. Да и среди повстанцев сейчас много мусульман. Многие местные крестьяне восстали вслед за рабами. Почему почтенный Ферхад не сказал тебе про это?

– Правоверные вместе с гяурами? – притворно удивился бейлер-бей. – Что за времена? Небо скоро рухнет на наши головы!

«На твою точно, почтенный, если великий визирь узнает про твои проделки», – подумал про себя Дауд-бей.

– Мятеж нужно срочно подавить! Султан не должен ничего узнать про это. Пусть все будет мелким мятежом горстки галерных гяуров. Все знают, что они там настоящие звери. И пусть за все отвечает капудан-паша галерного флота империи.

– Дай мне конницу и уже завтра этот мятеж прекратится.

– Бери! И принеси мне головы мятежников! Всех тех, кто поднял руку на власть великого повелителя османов. Особенно если это мусульмане! Этих мало просто казнить!

– Они будут сидеть на кольях, почтенный бейлер-бей.

– Торопись, почтенный Дауд-бей. Времени мало! Потопи мятеж в крови!

***

Стихийные восстания быстро стали шириться по всей области. Али Чернобородый, начиная, даже не мог рассчитывать на подобное. Тлевший уголек упал в кучу сухого хвороста.

Положение дел в империи Османов при правлении Мухаммеда IV Авджи было не таким блестящим, как говорили придворные во дворце падишаха в Стамбуле. Росли налоги, завоевательные войны все время требовали новых средств, бунтовали янычары в дальних гарнизонах, вельможи грызлись за власть. Поднимали головы каратюрки, требуя для себя лучшей доли, и бейлер-беи жестоко подавляли восстания.

Великий визирь строго спрашивал с тех, кто допускал восстания во вверенных областях империи. И наместник Трапезунда трясся за свое место. Было отправлено на борьбу с повстанцами три отряда. Дауд возглавил один из них лично, а в другие назначил верных командиров, которым доверял. Толстому Дауду не по душе были конные прогулки, но приходилось выполнять повеление наместника…

***

Спахии Дауда быстро отогнали толпу местных разбойников в горы. Те отступили, потеряв при этом больше половины своего отряда.

Они освободили имение Ферхада, и Дауд-бей порадовался тем разрушениям, что здесь были. Теперь его конкурент и враг не скоро сумеет восстановить свое хозяйство.

– Мой бей! Показался отряд всадников! – сообщил Дауд-бею, дозорный. – Их не менее 30.

– Всадники? Но там действует большой отряд Рахманкули! У него больше 200 всадников. Они не могли пропустить мятежников сюда в мой тыл!